— Почему бы не оставить ее здесь?

— Тогда вам придется отвезти меня обратно. Впрочем, я могу взять такси.

— Я отвезу вас. Тогда я смогу еще раз взглянуть на Патти Лу.

— Вы когда-нибудь прекращаете работу? — Она улыбнулась, садясь в его машину и радуясь тому, что едет к нему домой.

— Нет. Как, впрочем, и вы тоже. — Он выглядел таким же довольным, как и она, выезжая со стоянки и направляясь в сторону Бел-Эра.

— Здесь так приятно. — Это напоминало поездку за город, дорога то устремлялась вниз, то делала поворот, а за окнами мелькали уединенные виллы, похожие на дворцы.

— Именно поэтому мне здесь так нравится. Не представляю, как вы можете жить в Нью-Йорке?

— Там стоит жить ради прелестей городской жизни. — Она усмехнулась.

— Неужели вам там нравится, Мел?

— Да. Я люблю мой дом, мою работу, город, моих друзей и не могу представить жизнь в каком-нибудь другом месте… — Сказав это, она вдруг подумала, что было бы неплохо вернуться завтра домой. Как бы ей ни нравился Лос-Анджелес и как бы она ни восхищалась им, ее место было в Нью-Йорке. Когда Питер снова взглянул на нее, она выглядела расслабившейся. Он сделал последний поворот налево на подъездную аллею, ведущую к большому красивому дому во французском стиле, окруженному аккуратно подстриженными деревьями и клумбами с цветами. Дом словно сошел с французской почтовой открытки, и Мелани с удивлением посмотрела по сторонам. Она не предполагала, что он живет в таком роскошном доме.

Мел ожидала увидеть нечто вроде сельского дома или чего-то похожего на ранчо.

— Как красиво, Питер. — Она взглянула на мансардную крышу, ожидая увидеть там детей, но никого не было видно.

— Вы удивлены? — Он засмеялся.

— Нет. — Она покраснела. — Просто это не в вашем стиле.

Тогда он снова улыбнулся:

— Проект принадлежал Анне. Мы построили его перед самым рождением Мэтью.

— Дом действительно великолепен, Питер. — Теперь она по-иному стала воспринимать его.

— Давайте войдем в дом. Я представлю вас моим ребятам. Скорее всего они все возле бассейна с дюжиной друзей. Держитесь.

Они вышли из машины, и Мелани огляделась.

Ничего общего с ее городским домом в Нью-Йорке, но ей было интересно посмотреть, как он живет. Она последовала за ним в дом, испытывая легкое беспокойство из-за предстоящей встречи с его детьми, думая, насколько они могут отличаться от ее двойняшек.

Питер открыл входную дверь и вошел в холл, пол которого был выложен ромбовидными черными и белыми мраморными плитками в типичном французском стиле, с хрустальными бра на стенах. На столике из черного мрамора, с позолоченными ножками в стиле Людовика XVI стояла великолепная хрустальная ваза с только что срезанными цветами, испускавшими весенний аромат. Мелани не ожидала очутиться в подобной роскоши. Питер казался таким простым и скромным, что она никак не могла представить его в доме с изысканной старинной мебелью. Взглянув на жилые комнаты, она увидела и там такую же картину: изящные кресла, обтянутые парчой, стены с лепными украшениями, а роспись на потолке создавала сложный световой эффект. Она удивленно продолжала оглядываться по сторонам, пока Питер вел ее в свой кабинет, выдержанный в темно-красных тонах, с английскими креслами, длинным кожаным диваном.

Стены украшали картины в красивых рамах, на которых были изображены сцены охоты.

— У вас такой удивленный вид, Мел.

— Нет, просто я представляла вас совсем в другой обстановке.

— Анна два года училась в Сорбонне, а потом еще два года жила во Франции. Думаю, это сказалось на ее вкусе. — Он обвел взглядом кабинет, как будто вновь увидел его. — Но мне грех жаловаться. Наверху дом менее стилизованный. Через некоторое время я устрою вам экскурсию. — Он сел за стол, просмотрел пометки на ежедневнике, повернулся к ней и хлопнул себя по лбу. — Черт возьми. Я забыл остановиться у вашей гостиницы, чтобы вы могли взять купальник. — Затем он, прищурившись, посмотрел на нее. — Может быть, Пам выручит вас. Не хотите поплавать?

Они провели целый день в больнице, потом она взяла у него интервью, он сделал операцию Патти Лу, и вдруг они заговорили о купании, как будто ничем в тот день больше не занимались. Трудно представить, что все эти события произошли за один день, но, находясь в доме Питера, все казалось в порядке вещей.

Она подумала, что именно так он мог пережить смерть жены.

Питер встал и повел ее в просторный внутренний дворик с большим овальным бассейном, и там Мел почувствовала себя почти как дома. Около дюжины подростков резвились в воде, а вокруг бассейна бегал маленький мальчик, визжавший от удовольствия. Мел удивилась, что не услышала этого шума раньше, и засмеялась, наблюдая за их проказами. Мальчишки щеголяли друг перед другом, играли в водное поло, катались друг у друга на плечах и падали в воду. Несколько девочек одаривали их своим вниманием. Питер остановился у края бассейна, и его тотчас забрызгали, он хлопнул в ладоши, но его никто не услышал. Малыш, завидя Питера, подбежал к нему и обхватил его за ноги, оставляя мокрые пятна на брюках.

— Привет, папочка! Пошли купаться.

— Привет, Мэт. Можно я сначала переоденусь?

— Конечно. — Они обменялись теплыми взглядами, предназначенными только друг другу. Мэт был восхитительным проказником, с выгоревшими на солнце белокурыми волосами и без передних зубов.

— Я бы хотел познакомить тебя с моим другом. — Он повернулся к Мел, и она подошла к ним. Малыш был очень похож на отца, а когда он улыбнулся, она увидела, что у него выпали оба передних зуба. Он был ужасно симпатичным мальчуганом.

— Мэтью, это мой друг, Мелани Адамс. Мел, это Мэт. — Мальчик насупился, Питер усмехнулся. — Прошу прощения — Мэтью Галлам.

— Здравствуйте. — Он протянул мокрую ручонку, и она официально пожала ее, мгновенно вспомнив, какими были двойняшки в его возрасте. Это было десять лет назад, но иногда казалось, что совсем недавно.

— Где твоя сестра, Мэт? — Питер оглянулся. В бассейне резвились только друзья Марка, но он не мог завладеть вниманием старшего сына, который сбросил в воду сразу двух девушек, а затем принялся за приятеля. Как заметила Мел, они прекрасно развлекались.