— Как Пам?

— Нормально. Ничего нового. — Он вздохнул. — Знаете, я думаю, ей пошел на пользу разговор с вами.

Хотя бы в том; что она смогла общаться с кем-то, кроме миссис Хан.

Мел не осмелилась сказать ему все, что думала об этой бездушной особе. Она не считала себя вправе заводить разговор на эту тему.

— Мне тоже понравился наш разговор. — Потом Мел не удержалась и спросила:

— Они получили маленькие сувениры, которые я послала им? "

— Сувениры? — удивленно спросил он. — Вы послали им сувениры? Вам не следовало этого делать.

— Я не могла устоять. Я увидела в магазине нечто подходящее для Пам, но мне не хотелось при этом обидеть Мэтью и Марка. Кроме того, они чрезвычайно терпимо отнеслись к моему пребыванию в вашем доме. Вы ведь сказали, что за последние полтора года редко принимали гостей, поэтому мое появление, возможно, показалось им странным. Самое малое, что я могла сделать, — это послать им маленькие сюрпризы, чтобы поблагодарить их за гостеприимство.

Его тронули ее слова.

— Вам не стоило этого делать, Мел. Мы были рады вашему появлению.

В его словах было столько нежности, что она покраснела. Несмотря на то, что их разделяло три тысячи миль, Мел чувствовала, как ее влечет к нему. Ей всегда нравились сильные мужчины, но в то же время она старалась избегать их. Намного проще общаться с менее яркими личностями.

— Знаете, мне действительно доставило огромное удовольствие работать с вами. — Она не знала, что еще сказать, поскольку все еще не была уверена, зачем он звонил.

— Вы читаете мои мысли. Именно это я хотел сказать, когда позвонил вам. Я очень опасался этого интервью. Но благодаря вам я рад, что согласился на него. Здесь все рады.

— Подождем, пока будет готов фильм. Надеюсь, он вам тоже понравится.

— Я уверен в этом.

— Я признательна за вашу веру в меня.

— Не в этом дело, Мел. Я… — Он не знал, как выразить словами свои чувства, но вдруг засомневался, стоило ли ему вообще звонить. — Вы просто мне очень нравитесь. — Он чувствовал себя неловко, как пятнадцатилетний мальчишка, и они оба улыбнулись, он в Лос-Анджелесе, а она в Нью-Йорке.

— Вы мне тоже нравитесь. — Возможно, все действительно так просто, и в этом нет ничего плохого.

Почему она так отчаянно боролась со своими чувствами? — Мне понравилось работать с вами, общаться с вашими детьми, и я рада, что увидела ваш дом. Думаю, меня особенно тронуло то, что вы позволили мне заглянуть в вашу личную жизнь.

— Мне показалось, что я могу довериться вам.

Я не предполагал, что все так получится. По правде говоря, я дал себе слово перед вашим приездом, что не буду ничего рассказывать вам о своей личной жизни… или об Анне… — Его голос опять стал очень нежным.

Мел тотчас ответила:

— Я рада, что вы решились на это.

— Я тоже… Думаю, у вас получится прекрасный репортаж о Патти Лу.

— Спасибо, Питер. — Мел смущало только то, что ей слишком многое нравилось в нем. А затем она услышала, как он слегка вздохнул.

— Думаю, я не имею права отнимать у вас больше время. Я даже не был уверен, что застану вас в студии после ночного рейса.

Она тихо засмеялась:

— В шесть часов я должна выходить в эфир. Когда вы позвонили, я как раз просматривала новости с телетайпа.

— Надеюсь, что не очень вам помешал, — с раскаянием произнес он.

— Нет, это похоже на просмотр серпантина из телеграфной ленты. Через некоторое время вообще перестаешь видеть то, что напечатано. К тому же пока нет каких-либо важных событий.

— Здесь примерно так же. Сейчас я направляюсь в свой офис. За последние несколько дней я немного подзапустил работу, и теперь надо нагонять.

Они оба вернулись к своей обычной жизни, к своей работе, к детям, к своим обязанностям в разных концах страны, но Мел в который раз почувствовала, как у нее много с ним общего.

— Знаете, даже приятно осознавать, что кто-то так же много работает, как и я. — Ему показалось странным, что она произнесла эти слова. Он с самого начала подумал то же самое о ней. Когда была жива Анна, ему иногда надоедало, что она занимается только оформлением дома и покупками антиквариата, работой в ассоциации родителей и преподавателей да отвозит детей в школу и обратно. — Не хочу показаться самонадеянной, поскольку в мою работу не входит спасение жизни людей, но и она требует больших умственных и физических усилий, хотя многие и не понимают этого. Иногда вечером, закончив работу, я чувствую себя опустошенной. Временами я не могу сказать ничего разумного дочкам, вернувшись домой. — Это была одна из многих причин, по которой Мел не стремилась вновь выйти замуж. Она сомневалась, что сможет сочетать свою жизнь с брачными обязанностями.