И Мел стала молить Бога, чтобы на следующей неделе не появился какой-нибудь новый пациент, нуждающийся в пересадке сердца, иначе он не сможет прилететь на празднование Дня труда.

Он сказал, что Пам и Мэт готовы к путешествию на восток. Мэтью просто вне себя от возбуждения.

— А Пам?

— Внешне сдержанна, но сама радуется не меньше, чем Мэт — Девочки тоже ждут не дождутся вашего приезда.

Они уже строили массу планов, как развлечь Пам, а Мел хотела окружить заботой Мэтью. Даже Ракель волновалась в связи с предстоящим прибытием гостей, хотя делала вид, что недовольна прибавлением работы. Им пришлось поломать голову над тем, как всех разместить. В конце концов было решено, что Марк будет спать на диване в гостиной, Пам — на раскладушке в комнате двойняшек, Мэт — на второй кровати в комнате Ракели, а Питеру отведут комнату для гостей. Кое-что передвинули, кое-что убрали, и в доме для всех нашлось место.

Когда приехали Пам и Мэтью, в семействе Адамс царило всеобщее ликование. Двойняшки сразу же решили показать гостям пляж и познакомить со своими друзьями. Мальчик, которым Вал заинтересовалась в начале лета, потерял для нее всякую привлекательность. С полдюжины ребят были влюблены в Джесс, которая не обращала на них никакого внимания. Пам понравилась двоим мальчикам, и никто не мог поверить, что ей всего четырнадцать лет. Она была очень высокой и выглядела старше своего возраста. Мел радовалась, глядя на дружную компанию, и всю неделю дважды в день докладывала обо всем Питеру.

— Мне так хочется, чтобы ты поскорее приехал к нам.

— Мне тоже Марк практически не находит себе места.

Но накануне отъезда их поездка чуть не сорвалась.

Поступила молодая женщина, у которой началось отторжение донорского сердца, и с тяжелой инфекцией.

Когда она услышала об этому у Мел заныло под ложечкой, однако она не стала настаивать, чтобы Питер непременно приехал или уговорил своих коллег вместо него прооперировать больную. Но к утру бедная женщина умерла. Он в подавленном настроении сообщил Мел об этом по телефону на следующий день.

— Мы ничего не могли сделать.

— Я знаю это. Сейчас тебе необходимо уехать и отвлечься.

Но для него поездка была омрачена смертью пациентки, и он молчал всю дорогу, пока они с Марком летели до Бостона. Но потом Питер несколько оживился и завел с Марком разговор о Мел и ее дочерях.

— Они очень хорошие, папа. — Марк покраснел, говоря нарочито беспечным тоном, и Питер улыбнулся.

— Мне они тоже нравятся.

Как чудесно вновь увидеть Мел, и он думал только об этом, когда маленький самолет приземлился на узкой взлетно-посадочной полосе. Питер устремился из самолета вслед за Марком, который пулей вылетел в дверь и заспешил вниз по шаткому металлическому трапу, а затем резко затормозил перед Вал, не зная, пожать ей руку, поцеловать ее или просто сказать «привет!». Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, краснея. С Вал творилось то же самое. А Питер крепко обнял Мел и прижал к себе, а потом поцеловал Пам, Джесс и Вал, а затем Мэта. Вал с Марком направились в багажное отделение. Питер заметил, как Марк украдкой взял ее за руку, и усмехнулся, глядя на Мел.

— Ну вот, они снова вместе.

Мел улыбнулась, глядя на шедших далеко впереди влюбленных.

— По крайней мере, здесь они не могут потеряться в горах.

Однако они слишком надолго уплывали на лодке в море, и Питеру пришлось им напомнить о правилах, на которых он настаивал в Аспене.

— Эти правила остаются в силе и здесь.

— Ох, папочка, — едва не плача, возразил Марк, чего с ним не случалось уже несколько лет, но ему так хотелось побыть наедине с Вал. — Нам просто нужно поговорить.

— Тогда делайте это при всех.

— Фи! — Пам сморщила носик. — Ты бы только послушал, какую чепуху они несут.

Но Мел заметила, что на пляже появился четырнадцатилетний мальчик, к которому Пам отнеслась благосклонно. К концу выходных, кажется, только Джесс и Мэтью сохранили благоразумие. Джессика уже думала о школе, а Мэт был так счастлив с Мел и отцом, что ни о чем не беспокоился. Ему все время неосознанно хотелось обрести полноценную семью.

А Питер посмеивался над Ракелью, которая по достоинству оценила его и подолгу рассуждала о том, как ему повезло, что он познакомился с Мел, что ей так нужен был хороший человек. Мел пришла в ужас, когда Питер рассказал ей об этом, лежа на пляже.

— Ты шутишь? Она так и сказала?

— Да. Возможно, она права. Может быть, именно это тебе и надо. Хороший муж, чтобы ты ходила босая и беременная.

Этот разговор, похоже, забавлял его, но еще больше ему нравилось наблюдать, как резвятся дети в последние дни уходящего лета. Он не спускал глаз с Марка. Ему не хотелось, чтобы сын уединялся с Вал.

Питер понимал, как их влечет друг к другу. Потом Питер снова повернулся к Мел, вспоминая слова Ракели.

— Что ты скажешь на это?

— Не сомневаюсь, что для всех это станет сенсацией.

Она удивилась вопросу, но не восприняла его всерьез. Сейчас Мел просто радовалась, что они вместе, и ей не хотелось задумываться о будущем.

— Ты напомнил мне кое о чем. Я должна позвонить своему адвокату после Дня труда.

— Зачем?

— Мой контракт заканчивается в октябре, и я хочу хорошенько заранее подготовиться и обдумать, какие основные пункты мне следует включить в новый контракт.

Питера приводило в восторг то, как она справлялась со своей работой. По правде говоря, его многое восхищало в ней.