– Куда вы, Геррик?- закричал капитан, удерживая его за плечо.

– Переселиться к матросам, сэр,- ответил Геррик все с той же улыбкой.- Я достаточно долго прожил здесь с вами, джентльмены.

– Вы зря так поступаете,- сказал Дэвис.- Не бросайте меня так сразу, я ведь ничего плохого не сделал - только пил. Старая история, дружище! Но раз уж я протрезвел, вы теперь увидите...умолял он.

– Извините, но у меня больше нет желания вас видеть,ответил Геррик.

Капитан застонал.

– Вы помните, что сказали про моих детей?- вырвалось у него.

– Наизусть. Хотите, чтобы я вам повторил еще раз?спросил Геррик.

– Нет!- воскликнул капитан, зажимая ладонями уши.- Не заставляйте меня убить человека, который мне дорог! Геррик, если вы хоть раз увидите меня со стаканом вина до того, как мы сойдем на берег, разрешаю вам всадить в меня пулю. Я даже прошу вас об этом! Вы - единственный на судне, кого жаль потерять. Думаете, я не знаю этого? Думаете, я вас предал? Я всегда понимал, что вы правы; пьяный или трезвый - понимал. Чего вы хотите? Клятвы? Вы же умный человек, вы должны понять, что я говорю серьезно.

– Вы хотите сказать, что не будете больше пьянствовать?- спросил Геррик.- Ни вы, ни Хьюиш? Что вы не будете воровать мою долю прибыли и пить шампанское, за которое я продал свою честь? Что вы будете выполнять свои обязанности, и стоять вахту, и станете бдительным, и будете делать вашу часть работы на корабле, а не взваливать ее всю целиком на плечи неопытного человека и делать из себя посмешище для туземных матросов? Это вы хотите сказать? Если да, то извольте сказать это определенно.

– Вы говорите так, что джентльмену это трудно проглотить,сказал капитан.- Не хотите же вы заставить меня признать, что я стыжусь самого себя? Поверьте мне на этот раз: я выполню все без обмана, вот вам моя рука.

– Хорошо, на этот раз я попробую,- сказал Геррик.- Но если вы снова меня обманете...

– Ни слова больше!
– прервал Дэвис.- Ни слова, дружище! Вы и так много наговорили. У вас злой язык, Геррик, когда вы рассержены. Просто порадуйтесь, что мы опять друзья, как я радуюсь, и перестаньте меня колоть все время в больное место. Я постараюсь, чтоб вы в этом не раскаялись. Сегодня мы были на волосок от смерти - можете не говорить, по чьей вине,- и наверно, от ада тоже на волосок. Мы оба попали в скверную передрягу и должны быть потерпеливее друг к другу.

Он говорил бессвязно, но казалось, что он делает это нарочно, просто ходит вокруг да около, не решаясь в чем-то признаться, или же в страхе оттягивает время, чтобы не дать Геррику сказать еще что-нибудь неприятное. Но Геррик выпустил уже весь яд; он был по природе своей человек добрый, и теперь, торжествуя победу, начинал испытывать жалость. Он произнес несколько ободряющих слов, желая закончить разговор, и предложил пойти переодеться.

– Погодите еще немного,- остановил его Дэвис.- Сперва я хочу вам объяснить еще одну вещь. Помните, что вы сказали про моих детей? Я хочу объяснить, почему это меня так садануло, и, мне думается, вы пожалеете о своих словах. Это насчет моей крошки Эйды. Не следовало вам так говорить, хотя я, конечно, понимаю, что вы не знали. Она... видите ли, она умерла.

– Что вы, Дэвис!-воскликнул Геррик.- Да вы десяток раз о ней говорили как о живой! Проветрите голову, старина!

Это все вино.

– Нет, сэр,- сказал Дэвис.- Она умерла. От какой-то желудочной болезни. Я тогда плавал на бриге "Орегон". Она похоронена в Портленде, штат Мэн. "Эйда, пяти лет, единственная дочь капитана Джона Дэвиса и его жены Марии". Я вез для нее куклу. Я даже не вынул этой куклы из бумаги, Геррик; она пошла ко дну вместе с "Морским скитальцем" в тот самый день, когда я был проклят.

Глаза капитана были устремлены на горизонт, он говорил с необычной для него мягкостью, но с полным самообладанием, и Геррик глядел на него с чувством, близким к страху.

– Не думайте, что я спятил,- продолжал Дэвис.- У меня ровно столько здравого смысла, сколько нужно. Но мне кажется, что человек в несчастье делается как ребенок. И это у меня как будто детская игра. Я никак не мог посмотреть правде в глаза, вот я и придумал притворяться. И прямо вас предупреждаю: как только мы окончим наш разговор, так я снова начну притворяться. Так что, видите, на панель она пойти не может,- добавил он,- не смогла даже выздороветь и получить свою куклу!

Геррик робко положил руку ему на плечо.

– Не надо!- вскричал Дэвис, отпрянув назад.- Не видите разве, я и так совсем разбит? Пошли, пошли, дружище, можете мне поверить до конца. Пошли, наденем что-нибудь сухое.

Они вошли в каюту и застали там Хьюиша, который на

коленях взламывал ящик с шампанским.

– Эй, стоп!-закричал капитан.- Чтоб больше этого не было! Больше пьянства на судне не будет!

– Трезвенником сделались, что ли?-отозвался Хыоиш.- Я не против. По-моему, самое время, а? Сдается мне, что вы чуть второй корабль не потопили к черту.- Он достал бутылку и начал преспокойно отковыривать проволоку острием штопора.