Он помолчал. Затем продолжил:

– Дело в том, мсье следователь, что я не считаю дело об убийстве маркизы де Лангрюн законченным. Мы не знаем самого главного…

Он снова замолчал. Следователь, глядя на него, нетерпеливо щелкнул пальцами:

– Так что же, по-вашему, Этьен Ромбер не совершал преступления?

Инспектор протестующе поднял руку.

– Этого я не говорил!

– Так о чем же вы говорите? Разве юноша не был убит своим отцом?

– Понимаете, это самая удобная гипотеза. В нее все укладывается…

– Но вы в нее не верите? Так не морочьте мне голову, назовите свою версию!

Жюв в задумчивости потер рукой лоб:

– Если бы у меня была четкая версия! Поверьте, я ночей не сплю из-за этого дела. У меня уже голова от него распухла! И чем больше я думаю об этом преступлении, тем больше оно меня интересует…

Господин Фузилье внимательно смотрел на инспектора. Тот медленно продолжал:

– Легко сказать – изложи свою версию. А если она совершенно невероятна?

Следователь затаил дыхание ожидая, что Жюв выскажется более подробно. Но полицейский молчал. Тогда господин Фузилье встал и поднял палец.

– Кажется, я понял, промолвил он. – Вам опять не дает покоя этот загадочный Фантомас. За каждым преступлением вам видится его тень, и вот теперь вы хотите свалить на него убийство маркизы де Лангрюн!

Жюв беспомощно развел руками:

– Вы можете смеяться, но это так, мсье!

Следователь рассердился:

– Черт побери, Жюв! Я вовсе не хочу вас обидеть, но вам не кажется, что этот Фантомас стал вашей навязчивой идеей? Куда ни плюнь, везде Фантомас!

Инспектор потупился:

– Похоже, что так, мсье…

Господин Фузилье нахмурил брови и продолжал очень веско и серьезно:

– Вот что, Жюв, я скажу вам одну вещь. Думаю, вы простите мне небольшую нескромность.

– О чем разговор, конечно!

– Так вот, дорогой инспектор. Как вы недавно точно заметили, мы знакомы не первый год, и это позволяет мне сделать вывод, что я неплохо вас знаю. Зачем вы ко мне пришли? Не для того ли, чтобы получить информацию о недавней краже в Руайяль-Паласе?

Инспектор улыбнулся:

– Совершенно верно, мсье. Мне необходимо знать все об ограблении княгини Данидофф.

– Так я и знал, – заключил следователь. – И, конечно, это дело рук Фантомаса!

– Ну, это еще придется доказать! – энергично запротестовал полицейский.

– Доказать? – удивился следователь. – По-моему, в этом случае доказывать нечего. Разве вы не видели визитной карточки, которая осталась у княгини? Ведь на ней выступила весьма недвусмысленная подпись!

Жюв пододвинул стул и уселся на него верхом. Положив на спинку подбородок, он пробормотал:

– Визитная карточка – приманка для дурачков. На мой взгляд, Фантомасом здесь и не пахнет…

– Ах, не пахнет! Позвольте узнать, почему вы пришли к такому умозаключению?

– Вспомните, что мы знаем о Фантомасе! Хладнокровный убийца, гений… Неужели вы представляете, что он так просто оставит на месте преступления доказательство того, что он его совершил?! Да это просто невозможно! В таком случае можно утверждать, что все свои последующие злодеяния он будет совершать, надев фирменную кепочку, на которой будет написано: «Фантомас и К°»!

Представив себе эту картину, следователь невольно засмеялся. Затем сказал:

– Итак, вы не допускаете, что этот мерзавец просто бросает вам вызов, оставляя на месте преступления свою визитную карточку?

– Господин Фузилье, – с достоинством ответил инспектор. – В своей работе я всегда исхожу только из очевидных фактов. Так вот, учитывая все, что мне известно, я представляю себе эту историю в Руайяль-Паласе таким образом. Поскольку в наше время даже воры читают газеты, то про Фантомаса известно буквально всем. И вот какому-то гостиничному жулику пришла в голову неплохая идея сработать под него. Элементарный трюк!

Следователь покачал головой:

– Я очень ценю ваше мнение, Жюв, но, по-моему, на этот раз вы ошибаетесь. Жемчужное колье госпожи Ван дер Розен, сто двадцать тысяч княгини Данидофф – не слишком ли крупный масштаб для обыкновенного воришки? Скорее, на подобную сумму рискнул бы покуситься наш друг Фантомас. А какая невероятная дерзость, какой точный расчет!

Жюв подумал:

– Что ж, возможно, я недостаточно информирован… Не могли бы вы рассказать мне поподробнее об этих ограблениях, господин Фузилье?