Как только стало ясно, что на Курской дуге противник войсками Рокоссовского и Ватутина остановлен, что последнее наступление германской армии против Красной Армии окончательно захлебнулось, что хребет германским танковым войскам переломан, Жуков снова появился на Курской дуге.

Сталинград и Курск — это вершины полководческого мастерства Жукова, величайшего стратега и выдающегося военного мыслителя. Помимо этого были другие битвы, сражения, блистательные стратегические операции. Правда, личный вклад Жукова в их организацию, проведение и успешное завершение был не таким грандиозным, как в Сталинградской битве и Курском сражении.

Слаб человек. Я тоже жертва коммунистической пропаганды. Я тоже свято верил в то, что Жуков не имел ни одного поражения в войне. Об этом я писал. У своих читателей прошу прощения. Свои слова беру обратно. К Жукову стоит только присмотреться. И вдруг мы видим перед собой кровавую карьеру палача, полную катастроф и провалов.

Практически всю войну Жуков координировал действия нескольких фронтов. С этой работой Жуков просто не справлялся.

В июне 1941 года он координировал действия Юго-Западного и Южного фронтов во встречных сражениях с германскими войсками. В итоге — провал.

Весь 1942 год, с небольшими перерывами Жукова координировал действий Западного и Калининского фронтов. В итоге — серия провалов под Сычевкой.

Далее Жуков координирует действий фронтов на Курской дуге. Там стратег побоялся взять ответственность на себя.

В феврале 1944 года Жуков координировал действия фронтов на Правобережной Украине. Об этом мы уже вспоминали. Результатом был провал. Окруженная вражеская группировка вырвалась из кольца, а Жукова Сталин был вынужден отозвать в Москву, так как Жуков не понимал обстановки и был неспособен выполнять возложенные на него обязанности.

Летом 1944 года Жуков координирует действия двух фронтов во Львовско-Сандомирской операции. Тут был грандиозный провал. И в нем виноват лично Жуков. Провал был настолько глубоким, а вина Жукова настолько явной, что ему пришлось ее признать. «Мы, имея более чем достаточные для выполнения задачи силы, топтались перед Львовым, а я как координатор действий двух фронтов не использовал эти силы там, где было необходимо, не сманеврировал ими для успеха более быстрого и решительного, чем тот, который был достигнут». (ВИЖ. 1987, № 12 стр. 44)

Сталин пять раз обжегся на попытках использовать Жукова в качестве координатора действий нескольких фронтов. После этого Сталин был вынужден координировать действия фронтов лично сам из Кремля. А Жукова Сталин назначил с понижением — не координировать действия нескольких фронтов, а командовать одним фронтом, 1-м Белорусским.

На этом посту Жуков навеки опозорил свое имя тупым, бездарным, преступным проведением Берлинской операцией. Штурм Берлина показал, что за четыре года войны Жуков так ничему и не научился. Начало войны — провал. Конец войны — никак не меньший позор и провал в Берлине.

Вот командир танкового батальона капитан С. Штрик 2 октября 1942 года писал в письме: «Ворвалась наша пехота на окраину Сычевки и дальше не может сделать ни шагу — до того сильный огонь. Пошли в ход наши „коробки“… Бой в городе для танкистов — гроб» (ВИЖ 1995 № 2)

Не надо быть командиром танкового батальона, чтобы это понимать. Каждый солдат, который видел танки в бою, знал, что бой в городе — смерть для танков. Танки предназначены не для этого. Жуков гнал танки на Сычевку батальонами, полками, бригадами и корпусами. Но ничего не понял, ничему не научился.

И вот не Сычевка перед ним, а Берлин. И вот величайший полководец, ничему не научившись на войне, загоняет в Берлин две гвардейские танковые армии: 1-ю и 2-ю. И обе они гибнут в Берлине.

Если бы Жуков был честным человеком, то после завершения Берлинской операции он был обязан застрелиться. По крайней мере, — сорвать с себя все побрякушки и уйти в монастырь замаливать свои грехи и преступления.

Теперь статистика.

Сколько корпусов загубил Жуков? Предлагаю считать только те корпуса, которые погибли без всякого толка. Вот навскидку некоторые:

Шесть механизированных — 4, 8, 9, 15, 19, 22-й во встречном сражении в районе Дубно, Луцк, Ровно. Три из этих корпусов, каждый в отдельности, по количеству танков превосходили любую танковую армию, как советскую, так и германскую. Остальные армии мира в своем составе не имели ни танковых армий, ни механизированных корпусов такой мощи.

Четыре корпуса дальней авиации без истребительного прикрытия были брошены на бомбардировку мостов и танковых колонн противника. Мосты были разминированы по приказу Жукова, поэтому их пришлось бомбить. Дальняя авиация должна работать ночью с больших высот по большим неподвижным целям в глубоком тылу противника. Наша дальняя авиация работала днем с малых высот по малым и подвижным целям на переднем крае и в ближайшем тылу противника. Дальняя авиация была уничтожена Жуковым.