– О доктор!
– восклицает несчастный Дени, ломая руки.
– Вы ведь не верите, что я виновен!

– В чем виновен?
– громко спрашивает доктор, сидевший на возвышении за столом рядом с другими джентльменами.

– В воровстве! Он обокрал мою кассу! Он украл две полкроны, три шиллинга и медный двухпенсовик. Все они были меченые!
– вопят хором Радж, приказчик и мисс Радж.

– Дени Дюваль ворует шестипенсовики!
– восклицает доктор.
– Да я скорей поверю, что он украл дракона с церковной колокольни!

– Тише, мальчики! Соблюдайте тишину в суде, а не то я прикажу всех вас выпороть и выставить за дверь, - сказал секретарь суда моим соученикам, которые пришли со мною в залу и теперь громкими криками приветствовали речь доброго доктора.
– Это очень серьезное обвинение, - продолжал он.

– Но в чем заключается это обвинение, любезный мистер Хиксон? Вы с таким же успехом можете посадить на скамью подсудимых и меня и...

– Прошу прощения, сэр, быть может, вы позволите мне продолжать судебное заседание, - досадливо перебил его секретарь.
– Говорите, мистер Радж, не бойтесь никого. Вы находитесь под защитой суда, сэр.

И тут я наконец узнал, в чем меня обвиняют. Радж, а вслед за ним и его дочь заявили (к ужасу своему должен добавить: под присягой!), что они уже давно недосчитывались в кассе денег - то нескольких шиллингов, то полкроны. Сколько именно было украдено, они точно не знают, может быть, фунта два или три, но только деньги все время пропадали. В конце концов, сказала мисс Радж, она решила пометить несколько монет, и эти деньги были найдены в ящике, который принадлежит Дени Дювалю и который констебль принес в суд.

– Джентльмены!
– в отчаянии воскликнул я.
– Это гнусная ложь; она уже не в первый раз на меня наговаривает. На прошлой неделе она сказала, что я хотел ее поцеловать, и тогда они с Бевилом оба на меня набросились, а я никогда в жизни не хотел целовать эту противную... и да поможет мне...

– Нет, хотел, мерзкий лгунишка!
– закричала мисс Сьюки.
– А Эдвард Бевил за меня вступился, и мы тебя хорошенько вздули, и поделом тебе, негодник ты эдакий!

– А еще он выбил мне ногой зуб, да, выбил. Разбойник он, вот он кто! завопил Бевил, чья челюсть и в самом деле изрядно пострадала во время потасовки на кухне, когда его драгоценная возлюбленная явилась к нему на помощь с раздувальными мехами.

– Он обозвал меня трусом, а я побил его в честном бою, хотя он намного меня старше, - всхлипывая, проговорил арестованный.
– А Сьюки Радж набросилась на меня и отлупила, а если я его лягнул, так ведь и он тоже лягался.

– И после этого состязания в ляганье они обнаружили, что ты украл у них деньги?
– спросил доктор и, обернувшись, многозначительно посмотрел на своих собратьев - членов магистрата.

– Мисс Радж, прошу вас, продолжайте свои показания, - сказал секретарь суда.

Раджи рассказали, что когда они заподозрили меня в воровстве, то решили в мое отсутствие обыскать все мои шкафы и ящики и в одном из ящиков нашли две меченые монеты по полкроны, три шиллинга и медный пистолет, и все это теперь представлено в суд.

– Мы с приказчиком мистером Бевилом нашли в ящике деньги, и тогда мы позвали из лавки папашу и сбегали за констеблем мистером Билзом, - он живет через дорогу, - а потом воришка пришел из школы, и тут мы его схватили и привели сюда, ваша честь. Я всегда знала, что он кончит на виселице! прокричала моя супостатка мисс Радж.

– Как же так, ведь ключ от этого ящика у меня в кармане!
– воскликнул я.

– Мы нашли способ его вскрыть, - сильно покраснев, сказала мисс Радж.

– Ну, если у вас был второй ключ...
– вмешался доктор.

– Мы взломали его щипцами и кочергой - мы с Эдвардом, то есть, я хочу сказать, с мистером Бевилом, приказчиком, - сказала мисс Радж.

– Когда вы это сделали?
– дрожащим голосом спросил я.

– Когда? Да когда ты был в школе, разбойник несчастный! За полчаса до того, как ты пришел обедать.

– Том Пэррот, Том Пэррот! Позовите Тома Пэррота, джентльмены, ради бога, позовите Тома!
– вскричал я. Сердце у меня билось так сильно, что я едва мог говорить.

– Я здесь, Денни!
– раздался из толпы голос Тома, и в ту же минуту он предстал перед почтенными судьями.

– Спросите Тома, доктор, милый доктор Барнард!
– продолжал я.
– Том, когда я показывал тебе мой пистолет?

– Утром, перед уроками.

– Как я это сделал?

– Ты отпер ящик, вынул из носового платка пистолет, показал его мне, потом достал два кремня, пороховницу пули и форму для отливки пуль, а потом положил все на место и запер ящик.