— Ну, пусть приходят, мы устроим им достойный прием.

— Ну вот! — сказал Сидуан. — Теперь мне кажется, что шумят в погребе.

Мак схватился за шпагу.

Потом, показывая на лестницу, ведущую в комнату Сары, приказал:

— Встань там, наверху; если ты мне понадобишься, я тебя позову.

Сидуану не пришлось повторять это распоряжение дважды. Он любил «оставаться в резерве», как говорят у военных. Он взобрался по лестнице, как белка, и оттуда закричал Маку:

— А вы, капитан?

— Я спрячусь где-нибудь в уголке и подожду их. Ну, хоть за этой дверью.

В глубине лавки виднелась прорезная дверь, укрепленная железными брусьями.

— Вот это то, что надо, — сказал Мак.

И он спрятался за дверью. Но неожиданно его нога нажала на потайную пружину, раздался ужасающий грохот и дверь закрылась.

Капитан Мак оказался в клетке.

Вернемся к дону Фелипе, которого последний раз мы видели в кругу разбойников, выродков со Двора Чудес.

Сначала их глава, Ригобер, смотрел на дворянина с любопытством. Бархатный кафтан с золотым сутажем, массивная цепь на шее, белое перо на шляпе — все выдавало в доне Фелипе придворного, то бишь желанную добычу для проголодавшихся и погрязших в долгах разбойников из шайки Ригобера.

Сначала они с жадностью воззрились на него, потом посмотрели друг на друга и пересчитали друг друга глазами. Их было десять или двенадцать, а дон Фелипе был один.

У каждого из них под лохмотьями был спрятан добрый кинжал.

У дона Фелипе был на поясе тонкий клинок дамасской стали с рукояткой прекрасной работы, который вряд ли можно было счесть серьезным оружием.

К чести дона Фелипе нужно сказать, что он спокойно предоставил бродягам произвести этот мгновенный осмотр и оценку его персоны.

Ригобер сказал ему:

— Но вы дали нам совсем простую работу, сударь, мы просто вас убьем.

— А зачем, друзья мои?

— Да с единственной целью: взять у вашей светлости цепь и кошелек, — ответил Ригобер с самым любезным видом.

— Вот они, — сказал дон Фелипе.

И к полному изумлению разбойников, бросил им цепь и кошелек.

Ригобер поклонился и сказал насмешливо:

— В уме вашей светлости не откажешь: вы не хотите ставить в затруднительное положение бедных безработных разбойников.

Дон Фелипе рассмеялся.

— Разве я вам сразу не сказал, что я пришел дать вам работу?

— Но… работа уже сделана.

И Ригобер положил кошелек и цепь себе в карман.

— Ошибаешься…

— Простите?

Дон Фелипе подмигнул.

— Наверное, и ты, и твои люди слышали о ювелире Лоредане?

— Несомненно, — ответил Ригобер. — Говорят, что он богаче короля.

— Я тоже так думаю.

— Но, — сказал один разбойник, — у его дома толстые стены.

— Да, как в Шатле, — подтвердил другой.

— И прутья решеток на окнах толщиной в руку, — добавил третий.

— Все это так.

— Уж не считая того, что за стенами и решетками бдительно несут охрану мэтр Лоредан и его рабочие с заряженными пистолетами, — подхватил Ригобер.

— Вот тут вы ошибаетесь, — ответил дон Фелипе.

— Как ошибаемся?! — воскликнул Ригобер. — Сегодня ночью Лоредана дома нет.

— Ах вот как!

— Рабочие тоже разошлись, и в доме остался только его старый приказчик Жоб, да и тот сейчас уйдет. Хороший удар кинжала, и мы от него освободимся.

— Прекрасно, — сказал Ригобер, — но как пробить стены и перепилить решетки?

— Я знаю другой путь, которым можно проникнуть в лавку.

— Какой?

— Я вам его покажу.

Ригобер снова снял шерстяной колпак.

— Простите, — сказал он, — но я думал, что имею дело с придворным.

— Так что? — спросил, улыбаясь, дон Фелипе.

— А вижу, что вы — наш собрат по ремеслу.

Улыбка дона Фелипе стала презрительной.

— Ты ошибаешься, — сказал он, — я охочусь не за драгоценностями и деньгами мэтра Лоредана.

— Прекрасно, — ответил Ригобер, — мне кажется, я догадываюсь…

— Тогда помолчи, и пойдем.

— Следуем за вами, монсеньор.

И Ригобер сделал своим людям знак, чтобы они построились по двое, как солдаты, патрулировавшие улицы. После чего он встал во главе отрада, а дон Фелипе пошел рядом с ним.