Это было правдой. Господи, до чего же замечательная штука – правда! Сначала в его взгляде было то, о чем мне бы не хотелось говорить, потом на его лице появилось озадаченное выражение. А потом он вдруг закусил губу и уставился на дорожку у себя под ногами.

Грек был смуглым мужчиной средних лет с шапкой черных волос. Одет он был в рубашку с черными сатиновыми нарукавниками. Минуту он смотрел вниз, потом поднял голову.

– Я рад, что вы пришли, Лу, – тихо проговорил он. – Это вполне уместно. Иногда мне казалось, что он воспринимает вас как своего лучшего друга.

– Я стремился быть ему другом, – сказал я. – Вряд ли я хотел чего-то сильнее. Но где-то я ошибся, я не смог помочь ему тогда, когда он больше всего нуждался. Я хочу, чтобы вы знали одно, Макс. Я сделал...

Он положил руку мне на локоть.

– Нет надобности говорить мне это, Лу. Не знаю, почему... что... но...

– Он чувствовал себя потерянным, – сказал я. – Как будто он один-одинешенек во всем мире.

Как будто он шагает не в ногу и никак не может поймать ритм.

– Да, – согласился он. – Но... да. Проблемы возникали постоянно, и он всегда считал себя виноватым.

Я кивнул, и он кивнул. Он покачал головой, и я тоже. Так мы и стояли, качая головами и кивая, и оба молчали. Мне хотелось уйти. Однако я не знал, как это сделать. Наконец я сказал, что сожалею о том, что он закрыл ресторан.

– Может, я в состоянии как-то помочь...

– А я его не закрывал, – возразил он. – С чего это?

– Ну, я просто подумал...

– Я его перестраиваю. Ставлю кожаные кабинки, делаю инкрустированный пол, оборудую кондиционер. Джонни понравились бы перемены. Он не раз предлагал это сделать, а я заявлял, что он не дорос до того, чтобы давать мне советы. И вот сейчас мы решили все перестроить. Так, как он хотел. Это все... все, что я могу сделать.

Я снова покачал головой. Покачал и кивнул.

– Лу, я хотел бы задать вам один вопрос. Я хочу, чтобы вы ответили на него, и ответили только правду.

– Правду? – Я заколебался. – А с какой стати мне лгать вам. Макс?

– Потому что вам может показаться, что нельзя сказать правду. Что это будет предательством по отношению к вашей должности и сотрудникам. Кто еще заходил в камеру к Джонни после того, как вы ушли?

– Говард заходил... окружной прокурор.

– Это я знаю – он-то и обнаружил его. С ним были помощник шерифа и надзиратель. А кто еще?

Мое сердце слегка подпрыгнуло. А вдруг... Нет, так дело не пойдет. Я не имею права поступать так. Не имею права даже пытаться.

– Не представляю, Макс, – ответил я. – Меня там не было. Однако уверяю вас: вы на ложном пути. Я много лет знаю всех ребят. Они, как и я, никогда бы не сделали ничего подобного.

Это снова было правдой. Чтобы он понял это, я смотрел ему прямо в глаза.

– Гм... – вздохнул он. – Поговорим об этом позже, Лу.

Я сказал:

– Обязательно, Макс, – и ушел.

Я поехал на Деррик-Род. Я остановил машину на обочине на вершине небольшого холма и выключил двигатель. Я сидел и смотрел на дубовую рощу, но ничего не видел. Я не видел дубы.

Через пять, а может, и через три минуты после того, как я остановился, подъехала машина, и из нее вышел Джо Ротман. Пройдя по обочине, он заглянул ко мне через окно.

– Отличный вид, – сказал он. – Вы не против, если я присоединюсь к вам? Благодарю, я не сомневался, что вы согласитесь. – Он именно так все и сказал: не останавливаясь, чтобы дождаться моего ответа.

Он открыл дверь и сел на пассажирское сиденье.

– Часто бываете здесь, а, Лу?

– Когда возникает желание.

– Вид действительно великолепный. Почти уникальный. Вряд ли где-то еще в Штатах найдется сорок – пятьдесят тысяч таких щитов, как этот.

Я против воли усмехнулся. Щит поставила Торговая палата. Надпись на нем гласила:

Вы въезжаете в Сентрал-сити, штат Техас.

Туда, где рукопожатие чуть крепче.

Нас. (1932) 4 800 Нас. (1952) 48 000

Смотрите, как мы растем!

–Да, – сказал я, – щит еще тот.

– Вы смотрели на него, да? Я так и думал. А на что еще тут смотреть, кроме дубов и маленького белого домика? Домика, где произошло убийство, – кажется, его так называют.

– Что вы хотите? – спросил я.

– Лу, сколько раз вы были здесь? Сколько раз вы спали с ней?

– Всего пару раз, – ответил я. – На то были причины. И я не настолько озабочен, чтобы спать со шлюхами.