Оби-Ван летел вниз по длинной металлической трубе. Чтобы замедлить падение, он попытался зацепиться за стенки пятками, но каблуки беспомощно лязгали по шершавому металлу. Он летел все быстрее и быстрее; наконец перекувырнулся, ударился головой о край металлической трубы и свалился на земляной пол.

С минуту он лежал, оглушенный падением. Куай-Гон же мгновенно вскочил на ноги, выхватил световой меч и встал над Оби-Ваном, чтобы при необходимости защитить мальчика.

–  Ничего, я цел, - сказал Оби-Ван, когда у него прояснилось в голове. Пошатываясь, мальчик встал на ноги и тоже схватился за световой меч.
– Где мы?

–  В чем-то вроде тюремной камеры, - предположил Куай-Гон. Со всех сторон их окружали гладкие стены из дюрастали. Нигде не было ни трещины, ни отверстия.

–  Попались, - обреченно произнес Оби-Ван. Его голос гулко перекатывался, отражаясь от гладких стен.

–  Нет, падаван, - тихо возразил Куай-Гон.
– Из этой камеры должен быть выход.

–  Откуда вы знаете?

–  Потому что мы не первые, кто упал сюда.
– Освещая себе путь световым мечом, Куай-Гон осмотрел тесную каморку.
– Труба, по которой мы летели, стара и проржавела, а на глине видны отпечатки множества ног. Тех, кто сюда попадал, каким-то образом вынимали, а через ту трубу, сквозь которую мы упали, сделать это невозможно. Эта ловушка предназначена для того, чтобы хватать людей, а не убивать. Кроме того, - добавил он, - на полу нет костей или других останков. Значит, тот, кто установил эту западню, доставал из нее тех, кто сюда попадался.

–  Рано или поздно, - пробормотал Оби-Ван. В животе у него было пусто, и он жалел, что не подкрепился перед тем, как покинуть звездолет.
– Я потерял рюкзак, - сообщил он Куай-Гону.
– Он остался на поверхности.

–  Мой тоже, - отозвался учитель.
– Вся надежда на световые мечи.

Оби-Вана больше волновала еда, чем освещение, однако он последовал примеру Куай-Гона и включил световой меч. Поднеся его к стене, принялся внимательно осматривать ровную металлическую поверхность. За этой работой он почувствовал, как между ним и учителем, заполняя пространство, запульсировала Сила.

Оби-Ван ясно видел каждую неровность на гладких плоскостях стены. Он искал потайной шов и не сомневался, что тот найдется. Надо только довериться Силе.

В те годы, когда Оби-Ван был учеником в Храме, он часто задавался вопросом - что же такое живая Сила? Он знал, что чувствителен к Силе - не зря его отобрали для обучения среди множества других детей. За годы обучения он часто пытался обращаться к Силе - и обнаруживал, что она неизменно ускользает. Иногда у него получалось слиться с ней, но далеко не каждый раз. Но, даже слившись, он не мог управлять Силой.

Став учеником Куай-Гона, Оби-Ван понял: его задача не управлять Силой, а сливаться с ней. Он научился полагаться на нее, и она вела его, направляла, давала энергию и открывала новые горизонты. Он начал понимать, как глубоко она пульсирует, неизменно присутствуя везде и во всем. Джедаи всегда могли обратиться к ней за помощью. Это величайший дар.

–  Вот, - тихо шепнул Куай-Гон.

Сначала Оби-Ван ничего не видел. Потом заметил на гладкой стене тоненькую, не толще волоса, трещинку.

Куай-Гон провел рукой по стыку.

–  Естественно, запирающее устройство находится с другой стороны, - вслух размышлял он.
– И, полагаю, устойчиво к выстрелам. Но к тому же я считаю, что раньше здесь не оказывался заперт ни один джедай.

Оби-Ван вместе с Куай-Гоном провели лучами световых мечей по стене, обрисовав очертания двери. Лезвия прорезали металл, тот завился и почернел, как зеленый лист в пламени. Открылся небольшой дверной проем.

Куай-Гон протиснулся в него, за ним и Оби-Ван. Они очутились в коротком узком туннеле, он вел куда-то в большой зал. Внутри стояла непроглядная темнота, такая черная, что в ней не было места теням, но они ощутили, что зал очень велик. В этом мраке бесследно растворялось даже сияние световых мечей.

Они остановились и прислушались. Но из глубин зала не доносилось ни звука. Оби-Ван не слышал своего дыхания, не слышал и дыхания Куай-Гона. Джедаев с детства учат дышать бесшумно даже в минуты сильнейшего волнения.

–  Кажется, мы здесь одни, - тихо промолвил Куай-Гон. Его голос отразился гулким эхом, подтвердив догадку Оби-Вана о том, что этот зал очень, очень велик.

Они осторожно двинулись вперед, выставив для защиты световые мечи. У Оби-Вана по спине прокатилась струйка пота. Что-то здесь не так. Он чувствовал неладное.