– Отлично. Если мы не услышим вас до одиннадцати завтрашнего дня, мы атакуем. Может быть, вы окажетесь достойным доверия Императрицы.

Раздался щелчок. Хедрук отключил связь на своем конце и снова спустился в двигательный отсек. Его тревожил срок, который ему назначили. Ему казалось, что он должен был задержать нападение на час или даже больше.

Он принял пилюлю против сна и начал работать над двигателями.

Незадолго до полуночи он закончил регулировку одного из двигателей и, таким образом, обеспечил половину энергии, необходимой для подъема такого большого корабля, как этот, в воздух.

– 44

Часы шли быстро. В девять часов десять минут Хедрук неожиданно понял, как много прошло времени. Он прикинул, что ему нужно еще добрых два часа, чтобы закончить второй двигатель и что по одной этой причине нужна была какая-то задержка.

Он покормил Гриера, торопливо съел свой завтрак и затем трудился над двигателем до без двадцати одиннадцать.

В это время он, потный от усилий, но со все еще незаконченной работой, включил пульт и вызвал Зейделя. Лицо мужчины почти немедленно появилось на экране. Оно покраснело, губы подрагивали.

– Да?
– выдохнул он.

– Нет, - сказал Хедрук. Он быстро заговорил: - Гриер только что вышел из контрольного помещения. Он был со мной все утро, поэтому только сейчас у меня появилась возможность разборки двигателей. Это займет время до двенадцати тридцати или до часу. Лучше до часу, чтобы быть абсолютно уверенным. Я...

Лицо Зейделя исчезло с экрана. Его заменило лицо Императрицы Иннельды. Ее зеленые глаза были сужены до щелочек, но голос звучал спокойно, когда она заговорила:

– Мы согласны на задержку, но только до двенадцати часов. Оставьте связь включенной - не экран, конечно, только голос - и парализуйте двигатели вовремя!

– Я попытаюсь, Ваше Величество, - прошептал Хедрук. Он заработал еще час.

Хедрук вернулся к требующей внимания регулировке атомных двигателей. Он видел свое потное лицо на сверкающей поверхности приспособлений, которыми он пользовался. У него уже не было уверенности, что работа, которую он делает, принесет какую-нибудь пользу. В небе над огромным городом будет превосходящий правительственный флот. И шансы на вмешательство Оружейников в последнюю минуту казались все более нереальными с каждым прошедшим мгновением. Он представлял, как придет дневная почта в Метеоритную корпорацию. Его письмо Питеру Кадрону с этим адресом будет передано быстро, но Кадрон может оказаться на совещании, он может уйти через передатчик на другую сторону Земли, он может быть на ленче. Кроме того, люди не вскрывают свою почту так, как если бы от этого зависела жизнь. Соответственно, была большая вероятность, что советник Оружейных Магазинов прочитает письмо от Роберта Хедрука в час или даже в два часа.

В одиннадцать тридцать Хедрук понял, что второй двигатель не будет готов вовремя. Он продолжал работать, потому что звуки работы должны были убедить Императрицу, что он выполняет распоряжение. Но он понял, что пришло время принять решение. Он должен был подняться к спасательному судну, которое представляло собой его надежду на бегство. А так как оно имело межзвездный двигатель, оно само по себе было таким же ценным, как и большой корабль. Если его спасти, человек достигнет звезд. Если нет, если его собьют, тогда... Но не было смысла думать о неудаче.

Но как он мог пойти к судну, пока включен пульт связи? Если он прекратит свою шумную деятельность, она и Зейдель немедленно что-нибудь заподозрят. Ему нужно было, по его расчетам, пять минут, чтобы добраться до спасательного судна. Учитывая ситуацию, это было долгое время. Настолько долгое, что, казалось, стоило попробовать добиться еще одной отсрочки. Хедрук поколебался, затем подошел к пульту связи.

– Ваше Величество, - сказал он громким шепотом.

– Да?

– 45

Ответ был настолько быстрым, что у него возник в уме образ Императрицы, сидящей перед рядом устройств связи, держащей в руках все нити этого предприятия. Он сказал торопливо:

– Ваше Величество, для меня оказалось невозможным разобрать все двигатели ко времени, которое вы назначили мне. Здесь имеется семнадцать моторов, а я успел разобрать только девять. Вы не возражаете, если я сделаю предложение?

– Продолжайте.
– Ее тон был уклончивым.

– Моя идея заключается в том, что я поднимусь наверх и попытаюсь вывести из строя Гриера. Я, возможно, застану его врасплох.

– Да.
– В ее голосе была странная нотка.
– Да, вы можете.
– Она поколебалась, затем твердо продолжала: - Я могу сказать вам, Нилан, что мы начинаем подозревать вас.

– Я не понимаю, Ваше Величество...

Она, казалось, не слышала.

– Мы пытаемся со вчерашнего вечера вызвать Гриера. Раньше он всегда отвечал в течение часа или около того. И это необычно, по меньшей мере, что он даже не удостаивает нас ответом на наши попытки теперь. А все, что он знает, это что мы готовы принять его чрезмерные условия и любое из его абсурдных требований.

– Я все же не вижу...

– Позвольте мне излагать как есть, - сказала она холодно.
– В этот последний час мы не хотим допускать случайностей. Вам разрешается подняться и захватить Гриера. А фактически я приказываю вам рискнуть, как солдату, и предотвратить вывод этого корабля из ангара. Тем не менее, на случай, если наше смутное подозрение на ваш счет имеет какое-нибудь основание, я сейчас, в этот момент, приказываю начать атаку. Если у вас есть какие-нибудь тайные планы, собственные, оставьте их и сотрудничайте с нами. Поднимайтесь наверх, пока идет атака, и сделайте все, что необходимо, против Гриера. Но вы должны торопиться.