То обстоятельство, что в солидной спиртосодержащей бутыли жидкости еще плескалось более чем достаточно, нас не смутило. Банкир немедля сунул емкость в боковой карман пиджака. Он очень нелепо выглядел – маленький человечек с большой бутылкой в кармане. Пришлось Игору снова расстаться со спиртным, чтобы влить понемногу в наши давящиеся смехом глотки.

На голос, вдруг загремевший из развешанных по всему городу репродукторов, мы сначала и внимания не обратили.

– Воздушная тревога, – между тем надрывался репродуктор. – Всем, всем, всем. Воздушная тревога. Рекомендуется укрыться в убежищах...

– Да чтоб его.., – предельно зло и очень грубо, неподходяще для своего имиджа банковского служащего, выругался Танкелевич.

– Пойдем?! – позвал я, вставая.

– Черта с два! – заорал, вращая глазами, маленький человечек. – И шагу не сделаю! Я плачу эти чертовы налоги, так пусть они хотя бы позаботятся о нашей безопасности!

– Садись, – спокойно предложил мне Ронич. – Чему быть, того не миновать...

Игор продолжал ругаться, но я его больше не слушал. Я смотрел в окно, надеясь что ли, увидеть черные точки ракет. И чувствовал, как хмель нехотя отступает во мне под натиском холодного липкого страха.

Садануло где-то так рядом, что окна жалобно затрещали. Запричитал сквозняком в приоткрытой форточке проносящийся мимо порыв ветра. Чахлые деревца вытянули тощие ветви вдоль асфальта...

– Отбой воздушной тревоги... – недовольным тоном выговорили динамики, а темное небо продолжало вспыхивать краткими зарницами далеких молний. И, наконец, новый порыв ветра принес крупные капли дождя.

– Они спутали бомбы с грозой!? – не вполне уверенно предположил как-то присмиревший банкир.

– Наливай, – хрипло выговорил я.

– За что? – спросил Ронич, проворно потянувшись к бутыли.

– За войну!

– Пошел в задницу, – капризно сказал я в ответ на наглое беспокойство плеча и гудящей от выпитого головы. – Приходи завтра.

Наглец и не подумал отвязаться.

– Руки выдерну! – мрачно пообещал я и с помощью непослушных, дрожащих рук разлепил веки.

Рядом, в позе крайней нерешительности, стояла страшненькая девушка. Ее и без того не блестящую фигуру еще больше портила нескладная военная форма.

– Ну? – проглотив противную на вкус слюну, поинтересовался я. То, что я валялся на смятой постели в одних трусах, ни сколько меня не смутило. В отличие от нее. Но ведь, в конце концов, это же не я вломился к ней в комнату...

Я с трудом сел и оглянулся в поисках, сначала собутыльников, а уж потом штанов. Игор пускал счастливые пузыри, удобно расположившись на полу и положив под голову мои ботинки подошвами к верху. Арт спал на постели, но почему-то не вдоль, а поперек. Мои штаны обнаружились на торшере, но я, убей Бог, не понимал, как они там оказались.

– Чего уставилась? – неласково спросил я девушку. – Мужика не видела? Дай воды...

Курьер, а об этом явно свидетельствовал соответствующий шеврон на плече, сразу засуетилась. Большой стакан мутной от хлорки воды упал в желудок, оставив во рту лишь чувство еще более нестерпимой жажды.

– Еще есть? – тупо разглядывая пустой стакан, вопросил я.

– В кране? – удивилась та.

– О боже, – застонал Ронич, переворачиваясь на другой бок и пытаясь устроиться поудобнее. – Дайте поспать...

– Еще принести? – шепотом осведомилась курьер.

– Ага, и побольше, – тоже шепотом разрешил я.

Девушка проворно, чем несказанно меня обрадовала, сполоснула пустую бутыль из под спирта, набрала в нее воды и отдала.

– Уф, хорошо, – выдохнул я, через силу отрываясь от холодного источника блаженства.

– Вы Бертран Кастр? – почти уверенно и более смело спросила девушка.

– Ты будила меня только чтобы это спросить? Ты бы еще поинтересовалась, почему это мне не спится в такое раннее время!

– Уже три часа дня по Европейскому времени и у меня есть для вас пакет! – твердо заявила курьер. Я почувствовал легкий укол совести, но не извиняться же было перед соплюхой.

– Вообще-то, в таких случаях положено представляться! – нравоучительно заявил я, кряхтя и запихивая ноги в брюки.

– Рядовой-курьер Пи Кархулаанен, – уныло выговорила девушка, а потом добавила и вовсе обижено:

– Вы тут спите к верху... Не... спине же было честь отдавать...

– Давай пакет, Пи, – тяжело вздохнув, сдался я и курьер немедленно вручила капсулу с приказом.