Киббл пожал плечами:

– Вы приказали нам присматривать за леди Клариссой. Я просто следовал инструкциям.

Эйдриан слабо улыбнулся. Киббл был бы отличным шпионом для армии его величества. Этот человек знал абсолютно все, что происходило в этом доме, или почти все, мрачно подумал Эйдриан. Было бы очень удобно, если бы он к тому же знал, кто положил отравленный пирог в комнату Клариссы.

Кивнув, Эйдриан повернулся и пошел по коридору в свой кабинет, зная, что Киббл последует за ним.

– Я так понимаю, мистер Хедли, лорд Крамбри и вы собираетесь обсудить план действий. Я хотел бы присутствовать, если вы не против, – сказал Киббл, когда Эйдриан сел за стол.

– Это было бы замечательно, – ответил Эйдриан, отворачиваясь, чтобы посмотреть в окно. – Мы устроим совет сразу же, как мистер Хедли вернется из деревни.

– Из деревни? – Киббл вопросительно поднял брови.

– Сегодня утром он получил записку и сказал, что ему зачем-то нужно в деревню, – пожимая плечами, объяснил Эйдриан. – Думаю, он должен скоро вернуться.

– Очень хорошо. – Киббл развернулся и направился к двери, потом остановился и обернулся, чтобы повторить: – Я знаю, что вы испытываете сильную антипатию к Лидии из-за того, как она обращалась с Клариссой, но, думаю, теперь эти двое найдут общий язык, и мне кажется, вам следовало бы дать этой женщине еще один шанс.

– Я приму к сведению твой совет, Киббл, – пробор-ютал Эйдриан. Он ничего не обещал. В этом вопросе он одождет, чтобы посмотреть, как мачеха будет вести себя Клариссой, а потом примет решение.

– Очень хорошо, милорд. – Киббл кивнул.

Когда дворецкий вышел, Эйдриан развернул свое кресло к окну. Хотя он радовался, что Кларисса и Лидия поладили и что мачеха жены ей не враг, все равно было над чем поломать голову. Вычеркивая леди Крамбри из списка, он убирал самого вероятного подозреваемого: он предпочел бы, чтобы преступницей была Лидия. Теперь альтернатив оставалось совсем немного. Честно говоря, главным подозреваемым становился Реджиналд.

Недовольно нахмурившись, Эйдриан смотрел в окно, но не видел холмистых лужаек и окружающих их деревьев. Он видел Реджиналда, вспоминал, как они оба были детьми, как они вдвоем бегали по полям, смеялись и проказничали. Он видел Реджиналда молодым человеком с сияющими глазами, придумывающим какое-нибудь новое приключение, которое они могли испробовать. Эйдриан видел его мужчиной и, возможно, убийцей, пытающимся лишить жизни его жену.

– Сынок! Что ты делаешь?

Взглянув на дверь, Эйдриан нахмурился, увидев леди Моубри, входящую в комнату.

– Что такое, мама? – спросил он.

– Я зашла, только чтобы сказать тебе, что уезжаю.

– Уезжаете? – растерянно переспросил Эйдриан. – Но вы же только что приехали.

– Да, но, похоже, Кларисса и Лидия хорошо поговорили сегодня утром и теперь пытаются наладить отношения. Я не хочу вмешиваться и, возможно, осложнять им задачу. Я собираюсь немного погостить у Уиндемов, а потом вернусь, когда лорд и леди Крамбри уедут.

Эйдриан кивнул, его взгляд вернулся к окну, и в нем отразилось прошлое.

– Кто рассказал вам об их разговоре? Киббл?

– Нет. Кларисса.

Это привлекло его внимание, и Эйдриан удивленно повернулся к матери:

– Кларисса? Но она же только что ушла в деревню.

– Они ушли в деревню еще утром и уже почти час как вернулись. – Она нахмурилась. – Ты сидишь здесь молчаливый, как мышь, уже несколько часов.

Эйдриан заморгал, удивленный, что провел столько времени в размышлениях. Вздохнув, он снова печально взглянул в окно. Время не прошло даром. Ему удалось принять решение. Реджиналд был ему как брат, и было трудно поверить, что он мог пытаться навредить кому-то, тем более Клариссе, но, так или иначе, пришло время выяснить это наверняка. Ему нужно как можно скорее поговорить с кузеном и узнать правду.

– Эйдриан, – тихо сказала леди Моубри, – надеюсь, ты тоже не будешь мешать их попыткам. Думаю, все это пойдет на пользу и Лидии, и Клариссе. Это может даже помочь отношениям между Лидией и лордом Крамбри. Там много грустного, но нет ничего непоправимого.

– Я не буду вмешиваться, если Лидия не вернется к своим старым замашкам и не начнет опять расстраивать Клариссу, – машинально произнес он. Он не позволит никому навредить Клариссе. Даже своему любимому кузену.

– Все так, как должно быть, – удовлетворенно сказала его мать. Она немного помолчала, потом вдруг встала между ним и окном, заставляя его обратить на нее внимание. – Было бы очень мило, если бы ты проводил меня, – решительно предложила она, уперев руки в бока.

– О, конечно. Прошу прощения. – Резко встав, Эйдриан взял ее за руку, чтобы вести к двери. – Мне все равно надо уходить. Я составлю вам компанию.

Кларисса нервно ждала у парадной двери, когда услышала приближающиеся голоса своего мужа и свекрови. Изобразив на лице озабоченную улыбку, она попыталась не крутить нервно руки, когда они подошли к ней.

– Вот она! – Леди Моубри ободряюще улыбнулась, привлекая Клариссу в свои объятия. – Я буду скучать по вас, моя дорогая. Вы должны заставить Эйдриана привезти вас в Лондон, как только он закончите этим делом. Он будет сопротивляться – он просто ненавидит сезон, – но вы должны быть твердой. Я поведу вас по магазинам и проинструктирую, на какие балы ходить, а на какие нет, и вы обязательно должны дать бал – ваш первый бал графини Моубри.