Убийца еще несколько секунд подержал подушку. Володины руки перестали судорожно бить по одеялу. Убийца подхватил тело под мышки и потащил в ванную. Ванна в ржавых потеках и облупившаяся краска на стенах вызвали у него гримасу омерзения. Он торопливо раздел труп, перевалил его через край ванны, открыл краны. Принес из комнаты тапочки, поставил их в подходящее место. Снова вернулся в комнату, поправил постель, устранив следы борьбы и агонии. Надо было снова зайти в ванную, убедиться, что там… порядок, полный порядок, но он не смог заставить себя сделать это. Он остановился у входной двери, осмотрелся, снял тряпочные перчатки, надел кожаные, порадовавшись, что в свое время не поленился смазать замок, выглянул на площадку и побежал вниз, захлопнув дверь. Теперь быстрее, быстрее отсюда. У него было еще одно дело и всего один час. Идти приходилось пешком. Переходя мост, он выбросил в Неву пакет с ключом и перчатками.

Надежда плохо спала эту ночь, ворочалась, что-то давило грудь, под утро приснилась Алена, бледная, худая, в каком-то балахоне. Решив вечером позвонить дочери, она помчалась на работу. Бросив сумку, причесавшись, разбросав по столу бумаги в живописном беспорядке, она собралась к Володе.

Надежда открыла дверь Володиного сектора и первой, кого она увидела, была заплаканная Элка.

– Ох, Надя, ты представляешь, какое несчастье!

– Что? – спросила Надежда, еле шевеля помертвевшими губами.

– Володя-то Тихонов умер.

– Умер?

– Утонул в ванне. Поздно было, он, видимо, заснул, ну и захлебнулся. Только что соседка его звонила.

Надежда почувствовала, что пол уходит у нее из-под ног. Она пошатнулась, ухватившись рукой за приборную стойку.

– Надь, ты чего? Ты так расстроилась? Вы же едва знакомы были, – теребила ее испуганная Элка.

– Это от неожиданности. Как же все случилось?

– Соседка снизу в пять утра пошла в туалет, смотрит – вода с потолка в ванной капает. Пока мужа разбудила, пока они оделись, побежали наверх – не открывает он. Тут люди со всей площадки собрались, топором дверь взломали, а он в ванне лежит уже давно мертвый, холодный весь.

Элка всхлипнула.

– Вот, потому что один жил, жениться не хотел. Мы уж ему тут одну такую подыскали, так он от нее прямо бегал.

– Я пойду, – пробормотала Надежда. Не помня себя, она поднялась на лифте на свой, пятый, этаж, не замечая недоуменных взглядов сотрудников, прошла прямо в кабинет, где, к счастью, Сан Саныч был один. Увидев ее лицо, он вскочил, опрокинув стул.

– Что случилось? Тебе плохо? Чувствуя, что если сейчас раскрыть рот, она закричит, зарыдает, она ответила одними губами:

– Домой!

– Может быть, врача?

Надежде хотелось выть и кататься по полу. С ужасом ощущая, как в ней растет что-то жуткое, черное, она взмолилась:

– Саша, помоги мне!

Он все понял. Не тратя времени на разговоры, он вывел ее из кабинета к рабочему месту: «Собирайся!»; вернулся, аккуратно убрал все бумаги в стол, оделся сам в кабинете, вышел, оглядел присутствующих спокойным взглядом темных глаз и сказал не терпящим возражений тоном:

– Надежде Николаевне плохо. Врача не надо, лекарство она приняла, я сам отвезу ее домой и вернусь.

Затем он взял за руку Надежду, которая в это время с грехом пополам смогла застегнуть сапоги, вывел в коридор к раздевалке, сам надел на нее пальто и запихнул в лифт. В проходной он быстро договорился с вахтершей, которая, увидев Надеждино лицо, не очень возражала выпустить их в неурочное время, на улице поймал частника и усадил Надежду в машину. Пока ехали, Надежду начала бить крупная дрожь. Закусив перчатку, она молила Бота, чтобы скорее, скорее, скорее. Наконец, доехали. Он сам открыл дверь. Надежда машинально сняла пальто, прошла в комнату, рухнула на диван и зарыдала.

Через некоторое время она несколько пришла в себя. Он сидел рядом, молча прижимая ее голову к своей груди и укачивал ее, как ребенка. Надежда вытерла лицо о диванную подушку, не сознавая что делает. Он пошевелился.

– Надя, ну что же случилось?

– Он его убил, Господи, он его убил!

– Да кто? Кого?

– Рубцов, он убил Володю! И я во всем виновата!

– Да что такое, расскажи толком!

Он сходил на кухню, принес ей воды. Всхлипывая, стуча зубами о чашку, она рассказала ему, как нашла Володю, догадалась про ключ, как убедилась, что именно Рубцов встречался у Володи с Мариной.

– Он сначала мне верить не хотел, я его убеждала долго, потом он поверил, когда про общежитие узнал. И все рвался с Рубцовым поговорить, а я его удерживала. А потом он мне вечером позвонил и сказал, что с Рубцовым говорил-таки, но о пустяках. И наверное, тот все-таки что-то заподозрил, догадался по его тону и ночью его убил. И ведь это я, я его подставила, он ведь мне поверил. Ох, Саша, что я наделала!

Она уткнулась ему в грудь и заревела в голос. Некоторое время он сидел молча, потом попытался ее отвлечь: