Он был почти оскорблен таким предположением:

– Господи, дорогая моя, это же редчайшие книги! Какие там маячки?! Это же почти святотатство!

– Да неужели? Тем не менее, кто-то взял и выделил некоторые буквы. Так что я все-таки возьму эту книжку, ненадолго.

– Возьмете? Эта книга – собственность библиотеки конгресса!

– Калеб, не злите меня, а то ударю! Я забираю книгу!

Он начал было снова протестовать, но Аннабель оборвала его:

– Возможно, тут есть связь со смертью Джонатана. И если так, мне плевать, какие у вас тут правила – мне нужна правда. Вы же с ним были друзья! Вам разве не хочется узнать правду?

Калеб, уже успокоившись, ответил:

– Да, хочется. Но вынести отсюда книгу нелегко. По правилам мы обязаны проверять все сумки, когда читатель покидает зал. Я могу сделать вид, что проверяю вашу, но охранники на выходе тоже заглядывают в каждую сумку, прежде чем человек покинет здание, и они всех проверяют очень тщательно.

– Я уже сказала, что это не проблема. Я привезу ее вечером к Оливеру. Вы тоже туда отправляйтесь, когда закончите работу. Он производит впечатление человека, способного разобраться в таком деле.

– Что вы имеете в виду? Да, безусловно, у него есть определенные навыки и умения, некоторым образом выходящие за рамки обычного, но тайные коды? Это же шпионские дела!

– Знаете, для человека, который все свое время проводит среди книг, вы редкостный недотепа. Я таких, пожалуй, еще не встречала.

– Это в высшей степени оскорбительное и грубое замечание! – вспылил он.

– Вот и отлично. Именно таким оно и должно было быть, – резко бросила она. – А теперь дайте мне скотч.

– Скотч? Зачем?

– Нужно!

Он неохотно достал рулончик клейкой ленты из шкафа, стоявшего в главном помещении хранилища.

– А теперь отвернитесь.

– Что?

Повернув его спиной к себе, Аннабель задрала юбку до талии, прижала книгу в бумажной обложке к внутренней стороне левого бедра и закрепила клейкой лентой.

– Вот и все, так она не вывалится. Хотя снимать потом удовольствие небольшое.

– Пожалуйста, не повредите ее! – строго сказал он. – Это часть истории!

– Можете повернуться.

Он обернулся, посмотрел на книгу, а также на обнаженные белые бедра и узенькие трусики, и охнул.

– Думаю, эта книжка просто счастлива оказаться здесь. Как вы полагаете, Калеб? – спросила она с придыханием.

– Ни разу за все годы, проведенные в качестве библиотекаря в этом достопочтенном учреждении… – начал было он дрожащим от обиды и шока голосом, но так и не закончил. При этом он не отрывал взгляда от ее ног, а сердце в его груди бешено колотилось.

Она медленно опустила юбку, кокетливо улыбаясь:

– И вам это чрезвычайно понравилось. – Она нарочно задела его бедром, проходя мимо. – Увидимся у Оливера, жеребеночек!

После шоу, устроенного Аннабель, Калеб с трудом пришел в себя, чтоб хотя бы сделать вид, что работает. Некоторое время спустя это его занятие было прервано появлением Кевина Филипса, который вошел в читальный зал и подошел к столу Калеба.

– Можешь выйти на минутку? – тихо спросил он.

– Конечно, Кевин. Что случилось? – Калеб встал со стула. Филипс, очень озабоченный, тихо сказал:

– Там полиция приехала. Хотят поговорить с тобой.

Калеб ощутил, как желудок падает куда-то вниз, а мысли начинают бешено крутиться, выискивая возможные причины, зачем он понадобился копам. Неужели эта женщина попалась охране с книгой, примотанной почти у самой промежности, и тут же раскололась, выдав его как сообщника? Или Джуэлл Инглиш догадалась о том, что произошло, и заявила в полицию, что у нее украли очки, причем все улики указывают прямо на него? И теперь его, Калеба Шоу, поджарят на электрическом стуле?!

– Э-э-э, Калеб, ты можешь встать и пройти со мной? – спросил Филипс.

Калеб пришел в себя и обнаружил, что сел мимо стула и сейчас пытается встать с пола. Он с трудом поднялся на ноги, весь белый, и спросил, стараясь придать себе такой изумленный вид, на какой только был способен:

– Интересно, а чего им, собственно, от меня нужно, а, Кевин?

«Господи помилуй, пусть это хотя бы будет тюрьма с самым легким режимом…»

Выведя Калеба из зала, Филипс передал его полиции, которую в данный момент представляли два детектива в мешковатых костюмах и с незапоминающимися лицами, а сам быстренько скрылся с глаз, хотя Калеб все время бросал на него жалостливые взгляды. Полицейские провели библиотекаря в пустой кабинет. Шли они медленно, поскольку Калеб еле передвигал ноги, и все его попытки заговорить были заранее обречены на провал по причине полного отсутствия слюны во рту. «А в тюрьме есть библиотека? А меня там не „опустят“?!» – думал он.