Шрифт:
— Забавно, что вы упомянули это место «прах и в прах вернешься». Мне это напомнило слова О Хо о том, что он сотворен из праха земного.
Патер Абернати резко повернулся к прыщавому богоискателю и пристально уставился на него.
— Вы что? — заробел Пит.
— Ты сказал, О Хо?
— Ну да. В моем видении был глиняный горшок, который назвался этим именем. Глупый горшок, дурацкое имя. Когда наглотаешься этих галлюциногенов, иногда такой вздор примерещится. Очевидно, я ошибся в пропорции и глотнул слишком много довоенного наркотика, который нарушает пространственную ориентацию…
Патер Абернати произнес до странности мрачным голосом:
— Это греческое.
— Г-г-греческое?
— Я не ручаюсь за абсолютную точность, но это имя Господа, которым он называется в Библии — в греческом переводе. Яхве — это иудейский глагол, примененный в Ветхом Завете, — в том месте, где Он беседует с Моисеем. Это форма глагола «есть» — «есмь сущий», описывающего Его природу. «Я Тот, через кого все существование» — вот предельно точный перевод имени Яхве. Бог открыл свое имя, дабы Моисей мог рассказать народу о природе — то есть онтологии, говоря научно, — Господа. Но Хо Он… — священник задумался. — Хо Он означает что-то вроде Суть Сути. Или Самое Святое? Или Вознесенное Выше Всего? А может, Конечная Сила?
Пит от души рассмеялся.
— Да это же просто махонький глиняный горшок! К тому же вы сами пренебрежительно относитесь к моим наркотическим галлюцинациям. Вначале этот горшок назвался «О Хо», потом «О-о-о!», а под конец «Хо Он» [15] .
— Но ведь это все имеет смысл на греческом языке!
— А кто такая святая София? — осведомился Пит.
— Никогда не слышал о святой с подобным именем.
Пит тем временем тихонько посмеивался, как обыкновенный наркоман, со смаком подробно вспоминающий недавно пережитый кайф.
15
Имя горшка на английском — О Но. «Но» означает и «эй!», и «ого!», и «вперед!». И сам горшок охотно обыгрывает все значения своего необычного имени.
— Не существует святой Софии? — недоуменно спросил он. — Глиняная шельма мнит себя Господом, а упоминает вымышленную святую — надо думать, это шуточки неправильного сочетания таблеток. Но я не жалею — было клево. Такое стоит испытать хоть раз в жизни. Однако и вы правы — тут не без вмешательства темных сил… Горшок сказал, что эта святая София возродится.
— Я еще раз проверю по книгам, — сказал Абернати, — хотя уверен, что такой святой не было…
Он вышел в прихожую, покопался в своей сумке и принес большую истрепанную книгу — какой-то религиозный справочник.
— Святая София, — провозгласил он, полистав справочник, — это храм!
— Храм?!
Да, очень знаменитый собор, разрушенный во время войны. Построен по личной инициативе римского императора Юстиниана. Греческое название — Аггиа София. Видишь, опять греческое наименование, как и Хо Он. «Аггия София» обозначает «премудрость Господня». Стало быть, она возродится? То есть восстанет из руин?
— Хо Он сказал мне именно это.
Абернати сел и вкрадчиво спросил Пита:
— Ну а что еще тебе говорил этот Хо Он, этот глиняный сосуд?
— Больше ничего такого. Очень много ворчал. Ах да, еще он добавил, что прежде святую Софию мир отторгал.
— И ты больше ничего не извлек полезного из его речей?
— Нет, вроде бы все…
— «Аггия София», — сказал священник, — можно перевести и как «слово Божье». Тогда, в расширительном толковании, оно обозначает Христа. Это как бы шифр внутри шифра, шифрованная цепочка: «Аггия София», святая София, — «премудрость Господня» — Логос — Христос. А поскольку мы верим в Троицу, то это же значит — Господь. «Божья мудрость искони…» Об этом подробно в Книге Притч, 8:22—31. Там замечательно сказано: «Господь имел меня началом пути Своего. Блаженны те, которые хранят пути мои!» Твой горшок говорил занимательные вещи!
— Но такой святой никогда не существовало, — возразил Пит. — Горшок разыграл меня. Вешал лапшу на уши.
— Ты по-прежнему творишь прелюбы с Лурин Рей? — внезапно осведомился священник. В его голосе почувствовалась неожиданная твердость.
— Э-э… ну да, — пробормотал Пит.
— Так вот какой дорогой приходят к нам новообращенные!
Пит облизал пересохшие губы и миролюбиво возразил:
— С кем не получается, с тем и не получится. Я имею в виду, что надо радоваться каждому, кто приходит к нашей вере, каким бы путем он к ней ни пришел.
— Я повелеваю тебе, — сказал Абернати, — прекратить спать с этой девушкой, с коей ты не состоишь в законном браке!
Воцарилось молчание — как говорится, ни гласа ни воздыхания. Оба мужчины — молодой и пожилой — сверлили друг друга взглядом и дышали, как быки перед случкой. Их лица налились кровью — казалось, не будь такой разницы в возрасте, они бы кинулись выяснять отношения кулаками. В каждом было задето мужское, глубинное. Каждый ощущал свою исключительную правоту и наличие высшего оправдания своим действиям, что не прозвучало в разговоре, но присутствовало в напряженной атмосфере их беседы.