Нет. Даже если он способен на черные дела, он не знает, куда идти…

Кот — телепат.

Ну и что из того? Билли проверил способности Кота как охотника-локатора, которые совершенствовались во время длительного заключения. Пока там были люди-телепаты, он знал, кто может получать и передавать информацию на Земле и в другие миры.

Он почувствовал, что может блокировать в какой-то степени ускользающее отрочество.

Но наивность Кота не могла убить в нем зверя. В любом случае.

— Черт с тобой, Кот! — осторожно, на четвереньках, расчищал он себе дорогу от всего, что могло хоть слабо зашуршать, спрятав в карман завернутые в платок свои драгоценности, проворно работал руками и коленями, продвигался вперед на чистое место в абсолютной тишине.

— Найди меня, если сможешь. Убей меня, если хочешь. Ответа не было. Ничего, что говорило бы о приближении его противника. Перед зданием появилась машина и затормозила. Никто из нее не вышел.

Билли встал, перепрыгнул последние метры поля между деревьями над дорогой. Мельком заглянул в окно станции: аппараты были целы.

Улыбаясь, распахнул дверь и переступил порог. Пусто. Тихо. Дышится легко. Он распрямился, убрал руку с рукояти ножа.

Закрыл дверь. Все нормально.

Пять шагов до свободы.

Слева от него гудел аппарат, готовый к перемещению. Билли осмотрел его; он был свободен уже час и правильно изолирован в станции; его удивило, кто бы мог прибыть на нем. Вскоре начали вырисовываться контуры. Это была женщина, коренастая, с коротко подстриженными волосами. Она была в темном костюме, в левой руке несла записывающий аппарат со знаком службы новостей.

Ее многозначительный взгляд остановился на нем.

— Привет… — начала она, оглядев его с ног до головы, шагнув из кабинки.

— Привет.

— Прибыл или собираешься в путь? — поинтересовалась женщина.

— Скоро отправлюсь. Только хочу взглянуть, не встречались ли мы раньше.

— Ты в самом деле индеец, или я ошибаюсь? Сейчас никто так не одевается.

— Я — индеец. Когда ты вызвала машину, я только что видел, как она остановилась.

— Я и вызывала. Что из того, — она шагнула вперед и остановилась. Ты живешь в этом районе? — затем спросила она.

— Нет. Только был здесь.

Билли подошел к ближайшему аппарату.

— Подожди секунду, — попросила женщина. — Меня привела сюда одна история или что-то вроде этого. Может, ты что-то знаешь об этом?

Он попытался усмехнуться, сделав второй шаг:

— Вряд ли я смогу быть полезен. Ничего нового и интересного не видел.

— Погоди, — настаивала она, — поступали сообщения об особых мерах безопасности Уолфорда. Неожиданно вечером там что-то случилось со связью. Прекратилась подача энергии. Знаешь что-нибудь об этом?

Билли покачал головой, прошел вперед и шагнул в аппарат.

Она поспешила за ним и схватила его за руку, когда он вставлял свой стрип в отверстие, блокируя его перемещение.

— Обожди, — повторила она. — Потом мы узнаем, что случилось с трип-боксами на ближайшей станции. Тебе не кажется, что на следующей восточной станции может произойти нечто подобное.

— Может, это от нарушения снабжения энергией?

— Нет, нет. У них свои энергетические аккумуляторы, вот в чем дело.

Он пожал плечами, надеясь, что она от него отцепится:

— Боюсь, что ничего не знаю об этом. Но послушай, я тороплюсь.

— Ты не заметил что-либо необычное в этом районе?

Билли зафиксировал, что ее записывающий аппарат включен.

— Нет, — оборвал ее. — Мне надо отправляться.

— Вижу, — согласилась она, — но кажется, что ты кое-что знаешь.

— Леди, — обозлился он, — твоя машина тебя ждет, отправляйся и осмотри все сама, как хороший репортер. Со мной говорить бесполезно.

— Почему?

— Может что-нибудь произойти и здесь.

— Откуда знаешь?

— Ничего не знаю, но если что-нибудь и случится здесь, ты все сама увидишь.

Она все еще улыбалась:

— Если здесь случится та же история? Да?

Он ввел координаты:

— Желаю успеха.

— Погоди еще, — настаивала она, вцепившись в его руку. — Больше ничего не скажешь?

— Уходи отсюда, — сказал ей Билли, — уходи в свою машину или в один из трип-боксов. И поторопись! Это место опасно. Оставаться здесь нет смысла.

— Будь я проклята, если позволю тебе сейчас улизнуть, — заявила она, потянувшись к аппарату, закрепленному у нее на лацкане.

— Извини, — проговорил он, освободил руку, отталкивая даму.