– Но кому нужно ставить под угрозу деятельность боевого корабля?

«Ана Верейн» – самое близкое Каджику существо – в опасности.

– Прошу прощения, сэр, я вынуждена вам возразить. Это не саботаж. Хотя данное устройство и отсутствует на круговых диаграммах, которые имеются в нашем распоряжении, оно не было добавлено в последний момент. – И снова она немного помолчала. – Устройство является составной частью системы жизнеобеспечения.

– Составной частью? Что вы говорите? Неужели его невозможно изъять, не нарушив целостности всей системы?

– Да, сэр. Иными словами, оно должно находиться в системе – так задумано с самого начала, Каджик изо всех сил пытался убедить себя, что Аталиа не лжет. Информация, которую она ему сообщила, укладывалась в схему: она говорила правду. Правду, которой он так боялся.

– Почему? – наконец спросил Каджик.

– Осмелюсь сделать предположение, сэр, – ответила его старший помощник, всем своим видом показывая, что Каджик должен дать понять, следует ли ей продолжать.

Он раздраженно кивнул.

Маккайв продолжала: – Ситуация становится понятной, если мы сначала попытаемся найти ответ на вопрос «как?». План вашей системы жизнеобеспечения одобрен Советом. Если подобное устройство вставлено сознательно, значит, решение принято на самом высоком уровне. Что же до «почему»... тут следует вспомнить, что вы прототип и никогда ранее не участвовали в настоящем сражении.

Невозможно предвидеть, как вы отреагируете на колоссальное напряжение во время боевых действий. Аварийный рубильник необходим на случай нарушения стабильности вашей деятельности. Вдруг в решительный момент – я вовсе не утверждаю, что так уже произошло или произойдет в будущем, – ваши действия приведут к повреждению корабля? Тогда другой офицер сможет принять командование на себя.

Каджик обдумал слова Маккайв. Да, её объяснения звучат вполне разумно, более того, они совпадают с предположениями, которые появились у него самого. Пожалуй, даже слишком разумно. Если она лжет, то уж очень убедительно.

– И откуда должен поступить закодированный сигнал? – спросил он, подводя разговор к заключению. – И кто принимает решение: послать его или нет?

– Можно предположить, сэр, что решение принимает офицер высокого ранга. Возможно, не тот, кто станет новым капитаном, – быстро добавила она, – однако он должен знать всю правду и иметь доступ к капитанскому мостику.

– Таким образом, это может быть любой из старших офицеров, – сказал Каджик. Или техник, отвечающий за систему жизнеобеспечения. То есть тот, кто владеет доступом к задней двери. Он – или она – вовсе не обязательно имеет высокий чин.

Маккайв кивнула: – Именно так.

– Тем не менее, – продолжал Каджик, – кто бы ни отдал эту команду, какой-то другой офицер станет капитаном «Аны Верейн». – Моего корабля.

Его немигающий взгляд впился в глаза Маккайв, не давая ей отвернуться. Моего.

Она кивнула: – Да, сэр. Похоже, я являюсь самым подходящим кандидатом.

– Тогда скажите мне, Аталиа, – холодно проговорил он, – вы тот предатель, который ждет первой возможности, чтобы нанести мне удар в спину?

– Если я буду все отрицать, вы мне поверите?

Каджик улыбнулся. Он вдруг начал получать удовольствие от разговора.

– Вполне возможно. Но я все равно не стал бы вам доверять. – Каджик отвел взгляд, и улыбка исчезла с его лица, когда он вновь посмотрел на круговую диаграмму. – Возможно, мне не следовало задавать вам этот вопрос.

– Возможно. – Маккайв расправила плечи и сделала глубокий вдох. – Единственный способ выяснить, кто получил право включить аварийный рубильник, – постоянно наблюдать за всеми старшими офицерами. И посмотреть, кто из них ведет себя подозрительно.

– Пожалуй, – согласился он. – Однако я ничем не отличаюсь от любого другого Древнего человека: могу делать только одно дело одновременно; мои возможности ограничены. И...

...приоритет «золото-один».

– И мне необходимо сосредоточиться на решении более серьезных «проблем, нежели спасение собственной жизни.

Она выслушала его молча – возможно, с облегчением, – а он внимательно за ней наблюдал. Он сказал правду: сведения, в которых он нуждается, быть может, находятся совсем рядом, но он не может заняться их поиском. Каджик чувствовал, что его мысли постоянно возвращаются к необходимости выполнить приказ командования. Даже в такой критический момент он не в состоянии сделать несколько важных шагов, направленных на спасение собственной жизни. Для изъятия проклятого устройства пришлось бы нарушить волю Военного совета Этнарха.