– Только поэтому?

– Ну… – Что я мог еще сказать ему? Что после того как Гардони облил дерьмом миланских париев в лице несчастного Скиццо, я хотел, чтобы в этой ситуации именно им принадлежало последнее слово? Что в этой истории я решил встать на сторону справедливости? В конце концов, я сам не знал правильного ответа. – Скажем, я не очень-то доверяю полицейским… Издержки профессии.

– Понимаю, – ответил он, улыбаясь.

Старуха встрепенулась:

– Пойдем, мой друг, дадим ему отдохнуть. Навестим его в другой раз и принесем что-нибудь почитать. Или выпить, учитывая его скверные привычки. – Она подала мужу знак, чтобы он вывез ее из палаты. – Кстати, там за дверью Феролли, который рвется поболтать с вами. Я попросила его сделать мне любезность – пойти выпить кофе и дать мне немного пообщаться с вами с глазу на глаз, но, думаю, ему уже не терпится войти. До свидания.

Бог мой, Феролли! На общение с ним у меня уже не было сил. Я закрыл глаза и приказал себе побыстрее заснуть. Пусть с ним общается мой Компаньон. Раз уж из нас двоих гений – он, пусть отдувается.