— Что за польза вам от дорогого Станиса? — рискнул спросить Майлз, упрямо дерзкий под влиянием гневной вины. Метцов в качестве ее любовника? Отвратительная мысль.

— Он опытный пехотный командир.

— Зачем флоту, стерегущую червоточину в космосе, пехотный командир?

— Ну тогда, — сладко улыбнулась она, — он меня забавляет.

Вот это должен был быть первый ответ. «О вкусах не спорят», — тупо пробормотал Майлз, достаточно тихо, чтобы его не услышали. Стоит ли предупредить ее о Метцове? С другой стороны, стоит ли предупредить Метцова о ней?

Его мысли все еще кружились вокруг этой дилеммы, когда ничем ни примечательная дверь одиночной камеры запечаталась за ним.

Очень скоро новизна нового жилья Майлза исчерпала себя: ему досталось пространство немногим больше, чем два на два метра, обставленное только двумя обитыми койками и раскладным туалетом. Никакого библиотечного терминала, никакого отдыха от круговерти мыслей, увязавших в трясине самоедства.

Плитка армейского рациона рейнджеров, некоторое время спустя просунутая в защищенную силовым полем щель в двери, оказалась даже более отвратительной, чем ее барраярский имперский аналог, напоминая сделанную из сыромятной кожи жвачку для собак. Смоченная слюной, она слегка смягчалась: достаточно, чтобы отрывать от нее тягучие лоскуты, если у вас здоровые зубы. Процесс был небыстрым и обещал занять все время до следующей раздачи. Вероятно, дьявольски питательная штука. Майлзу стало интересно, что Кавило предложила на обед Грегору. Столь же научно сбалансированное питание?

Они были так близки к своей цели. Даже сейчас барраярское консульство было на расстоянии всего нескольких шлюзов и палуб, менее чем в километре. Если бы только он мог попасть отсюда туда … Если бы появился шанс… С другой стороны, долго ли будет сомневаться Кавило, прежде чем нарушит дипломатические традиции и силой проникнет в консульство, если ей это покажется полезным? Примерно столько же, сколько она сомневалась, прежде чем выстрелить в спину капитану грузовоза, прикинул Майлз. К этому моменту она, конечно, приказала установить наблюдение за консульством и всеми известными барраярскими агентами на Верванской станции. Майлз выдрал зубы из куска резинового рациона и зашипел.

Писк кодового замка предупредил Майлза, что к нему пришел посетитель. Допрос? Так скоро? Он считал, что Кавило сначала пообедает, выпьет вина и составит мнение о Грегоре, а уж потом вернется к нему. Или он удостоится лишь внимания ее подчиненных? Он с трудом сглотнул кусок рациона и сел, стараясь выглядеть сурово и бесстрашно.

Дверь скользнула в сторону, и показался генерал Метцов, по-прежнему выглядевший эффектно и по-военному в желто-коричневом с черным комбинезоне рейнджеров.

— Вы уверены, что я вам не понадоблюсь, сэр? — поинтересовался караульный, появившийся рядом, когда Метцов протиснулся в дверной проем.

Метцов презрительно посмотрел на Майлза, выглядевшего жалко и не по-военному в мятой и грязной теперь зеленой шелковой рубашке Виктора Роты, мешковатых брюках и босой: во время обыска охрана отняла у него сандалии.

— Вряд ли. Он не станет на меня набрасываться.

«Чертовски верно», — с сожалением подумал Майлз.

Метцов постучал по наручному комму:

— Я позову, когда закончу.

— Очень хорошо, сэр, — дверь со вздохом закрылась. Внезапно камера оказалась действительно очень тесной. Майлз подтянул под себя ноги, сидя маленьким ощетинившимся клубком на своей койке. Метцов спокойно стоял, долго и с удовлетворением рассматривая Майлза, затем удобно разместился напротив.

— Так, так, — сказал Метцов скривившись. — Какой поворот судьбы.

— Я думал, вы будете обедать с императором, — заметил Майлз.

— Коммандор Кавило, будучи женщиной, слегка теряется в условиях стресса. Когда она снова успокоится, она поймет, что нуждается в моем знании барраярских реалий, — неторопливо ответил Метцов.

«Другими словами, тебя не пригласили».

— Вы что, оставили императора с ней наедине?

«Осторожно, Грегор!»

— Грегор не представляет опасности. Боюсь, его воспитание сделало его слишком слабым.

Майлз закашлялся.

Метцов откинулся назад, пальцами слегка постучал по колену.

— Ну так скажите мне, энсин Форкосиган… Если ты еще энсин Форкосиган. Учитывая, что в мире нет справедливости, я полагаю, что ты сохранил и звание, и довольствие. Что ты здесь делаешь? С ним?

Майлз чувствовал, что готов рассказать все, включая имя, звание и персональный номер, только вот Метцов все это уже знал. Был ли Метцов в полном смысле врагом? То есть врагом Барраяра, не личным врагом Майлза. Разделял ли Метцов эти два понятия в своей голове?

— Император разминулся со своей охраной. Мы надеялись восстановить с ними связь через местное барраярское консульство, — вот так, не сказано ничего, что не было бы абсолютно очевидно.

— И откуда вы прибыли?

— С Аслунда.

— Не трудись разыгрывать идиота, Форкосиган. Я знаю об Аслунде. Кто тебя туда послал? И не трудись лгать, я могу устроить очную ставку с капитаном грузовоза.

— Нет, не можете. Кавило его убила.

— Да? — в его глазах сверкнуло удивление, сразу же подавленное. — Умно. Он был единственный свидетель, который знал, куда вы направлялись.