– Сан-Франциско, а вот и я! – Кровь заиграла от волнения. Она поспешила к машине. Мысли подталкивали вперед, а возбуждение все росло и росло, когда она рисовала в мыслях картину своей встречи со старыми друзьями, а возможно, и обед в одном из замечательных ресторанов города.

Спустя полчаса Робин ставила на стоянку возле дома машину. К тому времени она уже продумала свой маршрут и весь гардероб. Размышляя, что же натолкнуло Лу на мысль о том, чтобы она освещала визит Раджана в Сан-Франциско, женщина закрыла машину и вбежала в здание.

Мечтая, как бы уехать из Стоктона возможно быстрее, она решила не ждать лифта. Перешагивая через две ступеньки, скоро оказалась на площадке четвертого этажа. Постояв, чтобы отдышаться, она направилась к двери своей квартиры и замерла на месте. Из лифта выходил Мэйс.

– Чего ты хочешь, Мэйс? – пробормотала Робин, проходя мимо него, чтобы отпереть дверь. – У меня для тебя нет времени. Мне надо собираться.

– У тебя еще много времени, крошка. Я заказал билеты на утренний рейс. Я еду тоже. Чтобы освещать съезд книготорговцев.

Ее рука замерла с поднятым к двери ключом, а плечи и шея напряглись от гнева.

Она открыла дверь и шагнула в свою квартиру, каким-то образом удержавшись, чтобы не захлопнуть дверь перед его носом. Она не хотела, чтобы он был в Сан-Франциско, не хотела его и здесь. Но что же можно поделать?

А потом Робин вспомнила, что сказала Лу, и лицо ее прояснилось.

– Ты не можешь ехать в Сан-Франциско. Вопросы занятости требуют твоего личного внимания. – Глаза ее потемнели и сделались изумрудными. – Не беспокойся. Я напишу статью так, что ты будешь гордиться.

– Уверен, что напишешь, но я неожиданно освободился и буду работать над своей собственной статьей. – Он добродушно рассмеялся, заметив, как она удивилась. – Я перепоручил Лу удовольствие пообщаться с Крэнстоном.

Теперь все начинало проясняться. Мэйс не был неразборчив в используемых средствах, но бывали случаи, когда ему было удобно свалить ответственность на другого. Вот это и был как раз такой случай.

– Не удивительно, – угрюмо сказала она. Разочарование, поражение, гнев – все слилось вместе; она начала ощущать слабую боль под левым глазом.

– Я еду на машине.

Темные брови поднялись от удивления.

– Но я уже купил билеты. Она сердито швырнула свою сумочку на диван, а затем повернулась к нему лицом.

– Тогда тебе придется один из них вернуть, не так ли? – Сложив на груди руки и не мигая, она уставилась на него.

Мэйс не намеревался менять свои планы.

– Я верну их оба, как? – он мило улыбнулся. Чертовски невозмутим! Как это похоже на него! Робин почувствовала, что столкнулась с его волей.

– Поскольку я не распоряжаюсь дорогами, думаю, что не могу возражать против твоей поездки на машине. Но ты не поедешь вместе со мной.

– Уф! Я думаю, было бы лучше, если бы ты ехала со мной. Моя машина удобнее.

– Нет, спасибо. Я предпочитаю ехать сама. Как это бывало и много раз раньше, когда Робин хотела поступить по-своему, Мэйс открыл рот, чтобы сказать, что они поступят так, как хочет он, в противном случае она не едет. Но вовремя себя остановил. Он сжал зубы, досчитал до десяти и ухмыльнулся.

– Извини, – мягко сказал он. – Думаю, что оказался немного навязчивым.

Робин прикрыла глаза. Неужели Мэйс Чэндлер извинялся? И признавал один из своих главных недостатков? Конечно, это был перелом.

– Очень навязчив, Мэйс. Он вздрогнул, услышав ее холодный голос, но собрался с силами и улыбнулся.

– Виноват. Извини! – Он уверенно направился к дивану, усевшись, осмотрел комнату и заметил, как здесь хорошо. – Прелестно! – его комплимент сопровождался очаровательной улыбкой, которая исчезла, когда взгляд его упал на полку над камином. Он не обратил внимания на фигурки и маленькие вазочки, его внимание привлекли лишь две фотографии. Когда-то в рамке были три фотографии: свадебная фотография его и Робин, слева – ее родители, справа – ее брат Рик и невестка Сьюзен.

Ему очень неприятно было бы задать вопрос о том, что случилось с их фотографией. Он знал, что она забрала ее с собой, когда ушла от него, и сам ее видел в коробке.

– Не устраивайся, Мэйс. Ты не останешься. – Не раздумывая, Робин взяла его за руку и потянула.

Чувственные губы Мэйса скривились в ностальгической улыбке. Его глаза шаловливо заблестели. Он взял ее за запястье и притянул к себе.

– Не смешно, Мэйс.

– Я и не хотел, чтобы это было смешно, милая. – Его сильные руки обхватили ее и пытались удержать от попыток вырваться. Он все ниже и ниже опускал свою голову, пока не спрятал лицо в изгибе ее шеи. – Ты и не знаешь, как сильно я скучал по тебе, – проговорил он.