– Ты же малолеток, гад, в прокат сдаешь…

– Не понял юмора. Какие малолетки? Какой прокат?

«Папа», похоже, не понимал всей серьезности ситуации.

– Если бы у тебя была дочь десяти лет, а ею кто-нибудь пользовался, как бы ты на это реагировал?

– Я не понимаю, о чем разговор…

– Ты сутенер и заставляешь малолетних девочек заниматься проституцией…

– Это еще доказать надо.

– Кому?

– Что значит, кому. Суду…

– Какому суду?… У нас свой суд…

– Я что-то ничего не пойму… Ты мент или кто?

– Или где… Я не мент. Я отец. А вот он, – Степан показал на Рому, который сидел за рулем, – брат… А в другой машине тоже отцы. У нас общество…

– Какое на хрен общество?

– Общество разгневанных отцов… Одна такая тварь, как ты, изнасиловала мою дочь. А его сестру, кроме того, еще и убили. И мои друзья в трауре. Мы решили очистить страну от таких паразитов, как ты. Сегодня твоя очередь…

Степан говорил очень убедительно. Ему просто нельзя было не верить.

«Папа» заерзал на месте.

– Поехали!

Рома плавно тронул машину с места. Степан посмотрел назад. «Волга» Федота пошла за ними.

– Куда? – запаниковал «кот».

– А скоро узнаешь…

– Я не хочу!

Сутенер дернулся и больно ударил Степана в бок. И тут же получил раскрытой ладонью в кадык. Удар не сильный, но очень чувствительный.

Бедняга захрипел, судорожно сжался в комок.

– Только дернись, дебил! – Вдобавок ко всему Степан сунул ему под бок ствол пистолета.

Машина остановилась в безлюдном парке. Хоть вой, хоть кричи, никто не услышит.

Сутенеров выволокли из машин, поставили на колени. В затылки им уперлись стволы табельных «пээмов».

– Может, не надо, а? Может, договоримся? – скулил один.

– Да мы больше не будем, отвечаем… Только Степан не верил ни тому, ни другому.

– Рома, цепляй…

Лозовой ловко залез на развесистый дуб, подцепил к ветке две веревки с петлями. Сутенеры от страха потеряли дар речи. Безумными глазами они наблюдали за этими приготовлениями.

– Ну чо, мужики, давайте?

Степан и Рома схватили одного сутика, Федот и Саня второго. Те начали вырываться. Несколько ударов по яйцам охладили их пыл. И тот и другой оказались в петле.

– Ну вот и все! – облегченно вздохнул Степан, когда оба сутенера одновременно зависли над землей. Только висели они всего мгновение. Слишком слабо Лозовой укрепил веревки на ветке. Поэтому они оборвались. И сутенеры попадали на землю, – Ну вот, облом… – досадливо скривился Степан.

Он знал, что Рома нарочно не закрепил веревки как надо. Но сутенерам этого знать не полагалось. До них самих все скоро дойдет.

– Может, повторим? – спросил Саня.

– Можно и повторить… Слушай, друг, а ты же так и не узнал о том уроде. Может, эти твари о нем знают?

– Очень даже может быть, – с готовностью кивнул Кулик.

– Жить хотите? – спросил сутенеров Федот.

– Да!!!

Степан усмехнулся. Было бы странно, если бы в ответ он услышал «нет».

– Тогда отвечайте честно, без утайки. – Он сунул «папе» под нос фотографию Шилина и осветил ее фонариком.

– Знаешь такого?

– Нет… Ей-бо, не знаю…

– А ты? – второму.

– Да нет, не знаю…

– Тогда прощайте. Ждите нас на том свете. Лет через пятьдесят будем…

– Не надо! – взвыл «папа». – Может, я что-то вспомню…

Это хорошо, когда у человека вдруг освежается память.

– Тогда еще раз внимательно посмотри, – Степан снова достал фотографию.

– Нет, не узнаю… А кто это?

– Член КПСС в пальто. Извращенец. Очень любит девочек лет десяти. Я хочу знать, кто поставляет ему товар. За город возит…

– Я не поставляю… – «Кот» задумался. – Может, Сверчок в курсе?…

– Кто такой Сверчок?

– Есть тут один. У него самые лучшие девочки. Мало, но пользуются они большим спросом. И знаю точно, он их кому-то возит. Куда-то за город. Раз в неделю…

– Ну вот ты и попался. Как найти мне этого Сверчка?

– Я покажу…

– Вот и отлично… Снимите с них веревки!

Сутенеров снова расфасовали по машинам. Повезли в город.

«Папа» пришел в себя. Мало того, он понял, что его не собирались убивать. Просто запугали. И этим вытащили из него информацию, за которую ему могут голову оторвать. Ему стало страшно.