— Внезапное желание прошло. Не хочу делить вас ни с кем.

— И часто вы подвержены таким капризам?

— Только в последнее время.

Ли снова ощутила непонятный трепет и чудесный, но пугающий холодок, пробегающий по спине.

Напрасно она согласилась посидеть с ним в уединенном уголке кондитерской, пропахшей ванилью и шафраном. Столик оказался крохотным. Длинные ноги Адриана не умещались под ним и почти касались ног Ли.

— Я наслышана о вашей новой затее, — заметила она, решив повернуть беседу в безопасное русло.

— Правда? — На лице Адриана отразилось сдержанное любопытство.

— Да. Хотя Лондонского дома птиц еще не существует, в городе только о нем и говорят. Когда вы намерены открыть его?

— Не раньше чем через несколько месяцев. Предстоит еще слишком много дел.

— Разумеется. Лично я понятия не имею, с чего начать устройство птичника.

— Я тоже. — Заметив недоуменный взгляд Ли, Адриан улыбнулся. — Птичник .здесь ни при чем. Я намерен открыть бордель.

Один-единственный ужасный миг Ли могла бы поклясться, что он сказал правду. Но это было немыслимо. Подумать только — бордель! Само слово, выбранное Адрианом, звучало возмутительно, но вполне соответствовало его циничному юмору.

Покачав головой, Ли устремила на Адриана взгляд, в который вложила все свое неодобрение.

— Неужели вы никогда не упускаете случая шокировать окружающих?

— Никогда.

Попытка перевести разговор в спокойное русло с треском провалилась. Некоторое время они пили шоколад молча. Взгляд Ли скользил по залу, Адриан не сводил глаз с жены.

— Опять вы смотрите на меня, — упрекнула она.

— Вы правы.

Ли сделала еще глоток, притворяясь равнодушной. Заметив, что сладкая пена, оставшаяся у нее на губах, загипнотизировала Адриана, она поспешно облизнула губы.

Адриан усмехнулся:

— Прикажете извиниться?

— Смотря что вы чувствуете. Вы раскаиваетесь?

— Не более чем в том, что по утрам открываю глаза или дышу. Смотреть на вас мне необходимо просто для того, чтобы существовать.

Ли выпрямилась.

— И часто подобные уловки срабатывают, когда вы добиваетесь других женщин?

— Я никого не добиваюсь.

— Ну конечно! Как глупо с моей стороны! Это женщины преследуют вас, — поправилась Ли, слегка качнув головой.

— Вы неверно истолковали мои слова. Я хотел сказать, что до сих пор мне не приходилось добиваться женщин, которые интересовали меня. Я знал, где найти их, а они были не вправе отказать мне.

— Ясно… — Ли разрывали два противоречивых чувства: кодекс поведения леди предписывал ей пренебрежительно фыркнугь и немедленно сменить тему, а любопытство побуждало продолжить расспросы. В конце концов оно и победило. — В том числе и Шарлотта?

Адриан замер, хотя выражение его лица осталось безмятежным, даже насмешливым.

— Кто?

— Шарлотта Боннер — кажется, так ее звали?

— Откуда вы узнали о Шарлотте Боннер?.. Нет, постойте, я догадаюсь сам. Должно быть, проговорился преданный друг Колин?

— Нет; Уилл, — призналась Ли.

— Его преподобие вновь отличился, — беспечно заметал Адриан. — Что же он рассказал вам про Шарлотту?

— Ничего особенного. По правде говоря, он предан вам сильнее, чем вы думаете. Он только мимоходом упомянул ее имя, когда я поинтересовалась, были ли женщины в вашем бесславном прошлом?

— Значит, он не говорил, что мы собирались пожениться?

Ли ощутила тяжесть внутри.

— Нет, не говорил. Что же произошло? Или мне не стоило спрашивать?

— Напротив, следовало. Иначе как же вы узнаете о моем бесславном прошлом? Шарлотта так и не явилась в церковь.

— Не может быть!

— И тем не менее это так. А все потому, что ей недоставало одного бесценного свойства, которым обладали вы и которое привлекло меня. — Он придвинулся ближе, помолчал несколько секунд и пояснил:

— В то время она пребывала в сознании.

Он сверкнул дьявольской улыбкой, но Ли почувствовала, что этот разговор не доставляет ему никакого удовольствия.

— В таких случаях я теряюсь в догадках, не зная, верить вам или нет, — заметила она.

— Вот и хорошо, — отозвался Адриан, понизив голос. — Значит, мне придется удвоить усилия, чтобы убедить вас в моей непоколебимой преданности и влюбленности.

Да поможет ей Бог, если Адриан предпочтет удвоить усилия! Взяв ложечку, Ли помешала шоколад.

Наконец она подняла голову.

Адриан по-прежнему смотрел на нее.

— Ну хорошо. — Ли звякнула ложечкой, положив ее на блюдце, и покорно улыбнулась. — Вы убедили меня. Вы гений в искусстве соблазнения. Уверена, вы одержали немало славных побед в кругу светских дам — невесты-беглянки не в счет, — и если бы я была исполнена решимости не поддаваться соблазнителю, я, пожалуй, могла бы пасть жертвой ваших чар. Но увы, у меня другие планы. Так что не старайтесь понапрасну.