Пленных выволокли из спальных помещений в коридор и поставили вдоль стены.

Судаков, не задерживаясь на верхнем уровне, побежал вниз.

— Куда тебя несет? — заорал вслед Скарсгартен.

Лабораторный зал сиял в свете галогенных ламп, стеклоталиевые переборки позволяли видеть, что творится в герметичных боксах инкубаторов. Запах здесь стоял, как на скотобойне — видимо, неудачные экземпляры догнивали где-то поблизости и вентиляция не успевала выносить тошнотворную вонь наружу.

Судаков согнал растерянный персонал к лифту.

— «Загруженные» клоны остались? — спросил он.

— Нет, — хмуро ответил низенький плотный мужчина в грязном белом халате.

— А готовые к программированию?

— Пятеро в камере адаптации и те, что в инкубаторах.

— Процесс не останавливать, — распорядился Судаков и кивком приказал Челяеву присмотреть за персоналом.

Он забросил скорострельный САГ за спину — стрелять, похоже, было больше не в кого.

Вдвоем с Бахчиевым они прошли к адаптационной камере. Судя по экрану рядом с дверью камеры, показатели были близки к оптимальным — давление, температура, состав воздушной смеси.

Судаков разблокировал три стопорных рукояти на двери и откатил ее в сторону. Из камеры пахнуло неприятным теплым запахом регенерационной смеси. Голые мокрые тела лежали прямо на пластиковом полу — трое мужчин и две женщины. Безжизненные глаза смотрели в потолок, полуоткрытые вялые рты были влажными от стекающей слюны.

— Вызови полковника, — буркнул Судаков, выходя из камеры.

Он подошел к следующей двери, сдвинул рукоять, распахнул. На полу, прислонившись к стене, сидела девушка, почти ребенок. На ней была какая-то безразмерная роба, светлые растрепанные волосы торчали в разные стороны.

— Алим, — позвал Судаков, снимая с плеча автомат, — здесь еще один клон. Похоже, «загруженный».

— Какой я вам клон! — вдруг сказала девушка, — вы что, с пальмы рюкнулись?

Судаков открыл рот:

— Ты кто такая?

— Дженни.

— Работаешь здесь, что ли? Или дочка кого-то из этих?

— Еще чего не хватало. Ничья я не дочка! То есть, родители есть, только не эти… — она помотала головой и встала с пола, — вы лучше Лешку поищите, чем ерунду всякую спрашивать. Он где-то здесь — нас вместе привезли.

— Очень интересно, — усмехнулся Судаков, — ну, давай поищем Лешку.

Он открыл соседнюю камеру и увидел сидевшего на полу парнишку лет пятнадцати в шортах, с заплывшим глазом и скованными наручниками руками. Парень исподлобья посмотрел на Судакова, потом разглядел за его спиной девушку и несмело улыбнулся.

Дженни оттолкнула Судакова и, подбежав к парнишке, помогла ему подняться. Тот скривился от боли.

— Тихо. Мне, кажется, ребра сломали, — прошипел он.

— Так, — сказал Судаков, — дети! Откуда, на хрен, вы здесь взялись? Э-э… постойте-ка, это вас привезли на транспортнике часа четыре назад?

— Нас, — сказала Дженни, — да снимите же с него наручники. Стоит тут, как памятник, и только языком мелет!

— Ух ты какая, — ухмыльнулся Судаков, ковыряясь в замке наручников, — все, свободен.

— А вы кто? — спросил парень, разминая запястья.

— Лейтенант Судаков, вооруженные силы Лиги. Ну, а вы кто и как здесь оказались?

— Нас с острова взяли. Может, знаете, острова Ралик в Тихом океане? Вот оттуда.

— Я — Дженни Макговерн, — сказала девушка.

— А я — Алексей Седов.

— Знакомая фамилия, — сказал Судаков, — тебе Сергей Седов не приходится родственником?

— Это мой отец.

— Что?!!

— Мой отец, Сергей Георгиевич Седов, — подтвердил парнишка, — а что?

— Ну, дела… — протянул Судаков и включил микрофон, — полковник, тут сын нашего общего знакомого. Алексей Седов. С подружкой. Говорит, что их выкрали с Земли с каких-то островов в Тихом океане. Ну, если есть еще один Сергей Георгиевич Седов, то может быть, я и ошибся. Да, понял, — Судаков отключился, — пойдемте-ка, дети. Полковник Скарсгартен желает вас лично опознать.

— Дядя Юрген здесь? — встрепенулся парнишка и тут же схватился за бок.

— Ну, кому дядя, а кому — полковник, — Судаков подхватил его подмышки, — давай потихоньку.

Они еще не успели подойти к лифтовой шахте, когда полковник Скарсгартен ворвался в зал.

— Леха!!! Какого черта ты здесь делаешь?

— Дядя Юрген… — голос паренька дрогнул, он помотал головой, прогоняя предательские слезы из глаз, — а это Дженни. Нас взяли на острове, их было трое: один белобрысый, длинный, а двое, как истуканы. Я ничего не смог сделать.