— Пустите-ка. — Иван Иванович вытащил из кармана еще один ключ.

Висячий замок заржавел и поддался не сразу. Пришлось напрячься, чтобы повернуть ключ и разогнуть застывшие дужки.

Дверь отворилась со скрипом битых временем петель.

— Теперь снова прямо.

Этот подвал выглядел несколько иначе. Запах вездесущих котов был слабее, горели лампы дневного света, на каждом закутке стояла нормальная дверь с номером. Здешние хозяева следили за домом. Через несколько метров под потолком потянулись пластиковые трубы, заменившие чугун, покрытый облупившейся масляной краской.

— Сейчас направо. Тут должна быть лестница.

— Нету, Иван Иванович, — глухо прозвучал из-за поворота голос Михаила. — Тупик…

— Тогда дальше. Ошибся немного.

Действительно, за следующим поворотом начинались ступеньки. Откуда-то сверху доносился шум и ругань.

— Что это? — спросил удивленный Морозов.

— Ну, — немного смутился Вязников, — по-моему, это…

— Елки-горелки. Батя! — воскликнул и сразу же осекся Морозов-младший. — Что за фокусы?

— Обычная ситуация, старик выпил, ломится в баню не в то время. Охрана старается его выпроводить. Дед бушует. — Вязников прислушался. — Сейчас начнет корочками ветерана трясти.

— Он же не воевал!

— Ну, это смотря где. В горбачевской кампании он очень активно поучаствовал.

— За это корочки ветерана не дают.

— Не дают, но охрана этого не знает. Им сейчас вообще трудно.

Иван Иванович хмыкнул, как показалось Игорю, одобрительно.

— Пойдемте. Старик долго держать их не будет.

Стараясь не шуметь, команда поднялась по лестнице.

Заходя в баню, младший Морозов успел заметить у распахнутых дверей отца, одетого в нелепую тельняшку, продранную в нескольких местах, и фуражку-бескозырку. Старик прет грудью на одетого в дорогой костюм охранника, позади которого потешаются ребята уже совсем другой наружности, видимо рогожинская охрана. Морозов-старший грамотно оттянул на себя всеобщее внимание.

Усадив на место вскинувшуюся было администраторшу, «мы по приглашению Дениса Ефимовича», мужчины вошли в банный зал. Остро пахнуло хлоркой.

На скамейке сидел со скучающим видом один из быков Рогожина.

Удивленные глаза, рывок в сторону одежды, и хлесткое: «Стоять!» Амбал неожиданно для себя оказался на линии огня сразу нескольких человек. Сергей Васильевич подошел к здоровяку и мягко проговорил с видом завзятого маньяка:

— Дениса Ефимовича Рогожина попросите, будьте так добры. Пусть выйдет. Не хотелось бы нарушать куртуазность поведения и вламываться в баню одетыми. Тем более там, видимо, женщины… Вы понимаете?

— Че? — Бык манерность не оценил.

— Рогожина сюда, бегом! — меняясь на глазах, рявкнул Сергей.

Амбал исчез.

— Может быть, не стоило его отпускать вот так? Все-таки… — неуверенно произнес Вязников.

— Спокойно, — сказал Сергей Васильевич, присаживаясь на край бассейна. — Никто в парилку стволы не берет. Таких параноиков не бывает.

Морозов тем временем покидал всю одежду, которую нашел, в дальний угол зала.

За дверью загрохотало, взвизгнули женщины, что-то опрокинулось.

— Теперь вы молчите, что бы ни случилось, — быстро проговорил Иван Иванович, обращаясь к «гражданским». — Держать ухи востро.

— Какая сука?!

Вслед за этими словами распахнулась дверь в парилку и из нее вывалился всклокоченный Рогожин, укутанный в простыню. Был он слегка нетрезв и небрит, видимо гулял не первый день и в баню завалился поправлять здоровье.

— Чем обязан? — Он немного сбавил тон, явно узнав Иван Ивановича, но, увидев среди вошедших Полянского, приободрился. — Ах, это вы, господин торопыга. Извиниться пришли?

Михаил стоял с каменным лицом.

— Здравствуйте, любезный Денис Ефимович, — подал голос от бассейна Сергей Васильевич. — Давно хотел с вами познакомиться, да все случай не сводил. Вот, пришел засвидетельствовать свое почтение.

— С кем имею честь? — в тон ответил Рогожин, принимая правила игры.

— Сергей Васильевич Иволгин, к вашим услугам.

— Очень рад.

— Взаимно.

— Так что же привело вас, любезный Сергей Васильевич, ко мне? Захотели, может быть, попариться? Или пулю расписать изволите?

— Ну что вы, Денис Ефимович, что вы! Парюсь я в своей бане, а в преферанс играть вы же, как я слышал, изрядно не обучены.

— Да, я как-то все больше в покере силен. Или, допустим, в очко.

Сергей Васильевич двусмысленно хмыкнул. Рогожин понял, что ляпнул глупость и побагровел. Но с собой все-таки справился.

— Так позвольте поинтересоваться, цель вашего визита какова же будет? Вы меня держите в неведении

— Искренне прошу прощения за свою забывчивость, любезный Денис Ефимович. Эта манера сразу переходить к делу столь мне чужда. Вероятно, я становлюсь несовременен. Хотелось, понимаете ли, нанести визит вежливости. И заодно спросить у вас о кое-каком деле.