— Приятно слышать. И это возвращает нас к настоящей причине моего прихода. К подготовке.

Майк снова нахмурился.

— Мне отдан приказ, сэр.

— А вы можете изложить суть приказа?

— Не лезть в подготовку. Не обсуждать подготовку с офицерами. Не входить на территорию батальона и места для тренировки. — Майк довольно долго с грустно размышлял над этими словами.

— Хм-м, — сказал другой офицер и улыбнулся. — Хорошо. Я рад, что мой источник пересказал слова правильно. Как я сказал, я не хочу, чтобы вы нарушали отданные вам приказы…

— Ну, сэр, — сказал О’Нил, — поскольку приказы не имели силы на основании…

— Но вы должны помнить, лейтенант, — строго произнес капитан, грозя пальцем младшему офицеру, — что обязаны повиноваться последнему приказу старшего по званию.

Брэндон отбросил шутливую позу.

— Кроме того, неповиновение подполковнику плохо скажется на общей дисциплине и пустит под откос вашу карьеру. — Капитан пристально посмотрел на него, чтобы удостовериться, что суть сказанного дошла до Майка.

— Да, сэр, — сказал Майк.

Он видел, что командир роты куда-то клонит, но не догадывался куда.

Капитан посмотрел в потолок и подумал над тем, что собирался сказать. Он прикрыл один глаз и наморщил лоб. Бровь второго глаза дергалась вверх-вниз.

— Позвольте мне кое в чем удостовериться. Мы обсуждали тренировки с бронескафандрами или другим оборудованием галактидов? — спросил он и подчеркнул: — Вообще.

— Нет, сэр, — после некоторого раздумья ответил Майк.

Визновски просто отрицательно мотнул головой.

— О’кей, — согласно кивнул капитан. — И мы не собираемся обсуждать тренировку. Но позвольте задать вам гипотетический вопрос. Если бы роте предстояло провести боевую операцию и вы бы «руководили» ею, надо ли вам при этом присутствовать? Лично? — намекнул командир.

Майк в недоумении нахмурился еще сильнее, затем широко открыл глаза. Он бросил взгляд на очки виртуальной реальности на столе и собрался было открыть рот. Затем немного подумал и сообразил, почему хитроумный командир роты пришел на разговор с сержантом.

— Эй, Виз, у вас есть такие штуки? — спросил Майк, поднимая «Милспексы».

Визновски задумчиво прищурил глаза.

— Да, — прошептал он, слегка улыбаясь. Затем по всему лицу расплылась широкая ухмылка. — Да!

— Ну что ж, джентльмены, — произнес капитан, быстро встал и упер руки в бока. — Уверен, вам надо о многом поговорить.

Он одарил их благожелательной улыбкой, просто воплощение добродушия.

— Хотя я и разрешу сержанту Визновски наносить вам короткие визиты, поскольку вы старые друзья, я надеюсь, что вы не будете распространяться о содержании ваших разговоров. Как говорится, молчи, пока не спросят.

Он подмигнул, повернулся и проворно покинул переполненную каюту.

Вашингтон, Округ Колумбия, Сол III.

12 ноября 2002 г., 14:24 восточного поясного времени.

Сидевшие за большим столом офицеры и гражданские встали, когда в Ситуационную Комнату вошел президент. Так как щпты, по-видимому, никогда не сидели, а постоянно покачивались вверх-вниз на своих коротких и толстых паучьих ногах, было трудно определить, оказал ли псевдочленистоногий с десятью конечностями должное уважение лидеру единственной оставшейся на Земле сверхдержавы. С другой стороны, он являлся старшим философом-ученым из расы суперученых и имел право на определенную долю неучтивости. Что и делал, неучтиво перебирая лапами на черном стекле стола.

— Щпт Тщпа, — с придыханием произнес президент, и, по общему мнению, неплохо, — спасибо, что пришли. Вы хотели обратиться к нам по вопросу нашей политики в отношении ядерного, биологического и химического оружия, вырабатываемой в связи с грядущим конфликтом.

Он сел и дал знак остальным присоединиться.

Высокопоставленный щпт подождал, пока уселась группа советников и военных. В нее входили все важные лица Совета Национальной Безопасности и Верховный Командующий с главными членами своего штаба. Вдоль стен выстроились многочисленные помощники, одушевленные магнитофоны, фиксирующие происходящее. Когда шорох прекратился, щпт сделал преувеличенный реверанс и повернул стебельки глаз в сторону президента.

— Да, Старший Лидер этой Архаичной Группы Порочных Всеядных. И благодарю за ограниченную аудиторию. — При этой форме приветствия все украдкой посмотрели на президента. Голубого окраса щпт пользовался для перевода ПИРом, как и все в комнате. — И было непонятно, то ли эту цепочку обидных определений породил неточный перевод, то ли ПИР правильно перевел преднамеренное оскорбление. Президент решил отнестись к этому по-мужски, остальные последовали его примеру.

— Я бы хотел особо остановиться на ваших биологической и химической доктринах. — Членистоногое подвинулось в сторону, давая место возникшей голограмме.