— Вы о чем-то думаете, — констатировал Мюллер, когда инженер снова сверился с картой, глядя то в топографическую карту, то в более мелкий план городских улиц. Еще более подробные карты, предоставленные городским департаментом строительства, усыпали заднее сиденье служебного седана.

— Ум-м, — невразумительно ответил Кини. Он вылез из машины и поднялся по лестнице серого камня с Канальной улицы на Шоко-Слип. Наверху он остановился и посмотрел сверху на Шоко-Боттом. Мюллер смотрел на тот же пейзаж и мог видеть некоторые подходящие позиции для небольших стрелковых подразделений, но ничего такого, что представляло бы интерес для известного на всю страну оборонного инженера.

Никто из крупных городских инженеров или должностных лиц официально не располагал возможностью участвовать в «осмотре». Стратегический план обороны Ричмонда все еще висел в воздухе — одна из причин, по которой Командование Континентальной Армией прислало Кини. Предложения Кини и использование рельефа местности при возведении оборонительных сооружений на реке Теннесси привлекли к нему внимание главного инженера Третьей Армии. Когда планирование в Ричмонде стало пробуксовывать, главный инженер предложил Первой Армии воспользоваться услугами Кини в качестве полезного дополнения.

Однако, несмотря на полный энтузиазма прием, оказанный командиром Двенадцатого корпуса, в задачу которого входила оборона Ричмонда и южной Вирджинии, другие инженеры приняли Кини более прохладно. У каждого имелся собственный любимый проект, и междоусобная борьба стала основополагающей причиной отставания в подготовке обороны.

Полковник Боб Брэггли, командир инженерной бригады корпуса, предпочитал превратить холмы Либби-Хилл и Мосби-Хилл в гигантскую огневую базу и сдать центр города послинам. Главный инженер города, получивший квазивоенный статус по новой директиве «Передовая крепость», категорически отказывался уступить хотя бы дюйм территории, предпочитая концепцию стены, опоясывающей весь город.

К поиску выхода из тупика привлекли различные строительные фирмы. Вместо этого они предложили собственные версии и сводили на нет действия друг друга, принимая то одну, то другую сторону. Любой проект обещал стать крупнейшим строительным контрактом за столетнюю историю Ричмонда, раз в десять или двадцать крупнее проекта «Стена от наводнения».

Командир корпуса категорически заявил, что нет никакой возможности защитить стену такой протяженности имеющимися в распоряжении войсками. Но один из его подчиненных, командир Двадцать девятой пехотной дивизии, не принял во внимание положение командира корпуса в цепи командования и послал в Первую Армию исследования штаба, поддерживающие возведение длинной стены. Джон Кини, незаинтересованная третья сторона, рекомендованная национальным командованием, возможно, выступал средством преодоления тупика.

Кини снова посмотрел на карту и прошел под зданием Агентства Мартина на площадку на отметке «сто» Шоко-Слипа. Мюллер здесь никогда не был и немного запутался, но за пару секунд сориентировался, когда увидел мини-пивоварню «Ричбрау». День был долгий, и он пытался придумать, как ненавязчиво намекнуть, что пора попить пивка, когда Кини наконец отозвался.

— Я думаю про Дисс.

— Я тоже, — заметил Мюллер, следуя собственным мыслям. — Для октября нынче определенно тепло.

На деле погода была не по сезону прохладной, но он собирался продолжить в том духе, что холодный «Старый Ник» пойдет очень хорошо, как понял, что Кини задумался так глубоко, что не осознавал происходящего вокруг. Он подождал продолжения.

— В такие моменты мне полагается вам напоминать, — наконец напомнил он, — или мне полагается заткнуться и ждать?

Не отвечая, Кини посмотрел на фонтан посреди площадки и пробормотал:

— Капитан Морган, я искренне сожалею о том, что нам с вами придется сделать.

Затем повернулся к Мюллеру и ткнул большим пальцем в направлении улицы.

— Время пропустить по холодненькой, сержант.

Как только они расположились в полумраке пивной, протолкнувшись на пути к цели через разнообразный уличный люд, Кини внезапно оживился.

— О’кей, — сказал он, отпил приятного солодового напитка и ткнул в карту, — как будем убивать послинов?

— Ну, поскольку ядовитым газам явно дана отставка, — сострил Мюллер, — я полагаю, остается артиллерия.

— Верно. И какая при этом будет главная проблема?

— Не знаю. — Мюллер подождал, когда Кини продолжит, затем осознал, что на самом деле инженер проверяет его. — Передовые посты наблюдателей, наверное. Видеть их и в то же время самому оставаться в живых, — наконец раздраженно ответил он. У него имелось предостаточно личного опыта, как трудно убивать послинов.

— Отчасти. И если их не остановить — физически, — они нанесут и больше вреда, и смогут вычислить, как добраться до наших сил. Лучше всего удерживать их на расстоянии. Если это не получается, остановить их там, где у нас существенное преимущество на местности, искусственное или природное. Пока следите за мыслью?

— Да.

— О’кей. На Диссе, когда земляне наконец перестали размазывать сопли и взяли себя в руки, они превратили бульвары в гигантские полигоны смерти. В Теннесси мы делали то же самое при помощи стен и даже в некоторых тоннелях. Веди их на поводу, заведи в загон и размолоти в труху пулеметами, мэнджеками [51] и артиллерией.