Одним из правил этой организации, бурлящей весельем и задорными шутками в перерывах между вдохновенными речами, было называть друг друга за завтраком по имени. Преподобного мистера Гентри окликали: "Элмер" или "Элм", - и он, в свою очередь, тоже называл своего галантерейщика "Айк", а своего сапожника ласково звал "Руди". Несколько лет назад подобная фамильярность могла бы вызвать у него желание держаться развязно, ввернуть вульгарное словцо или даже выпить. Но теперь он уже прочно вошел в роль человека достойного и, уронив невзначай: "Шикарный денек, Шорти!", - поспешно и гладко завершал в высокопарных тонах: "Полагаю, вам удалось на этой неделе насладиться красотою молодой листвы на лоне природы". И Шорти - да и его приятели - не уставали трубить на всех углах и перекрестках, что преподобный Гентри - "отличный парень, душа компании, и вместе с тем глубокий философ и просто потрясающий оратор".

Когда Элмер рассказал о невинных радостях Ротари-клуба Т. Дж. Риггу, адвокат поскреб подбородок.

–  Недурно. Но вот какое дело, брат Элмер. Вы кое-что упускаете из виду. Вы забыли, что на свете есть денежные тузы, люди с тугими кошельками. С ними необходимо познакомиться. Методистов среди них не так уж много - они по большей части предпочитают епископальную церковь, пресвитерианскую, конгрегационалистов или Христианскую науку, а не то вообще не принадлежат ни к какой церкви. Однако это еще не означает, что мы не можем обратить их денежки в методистскую веру. В загородном клубе Тонаванда - я туда попал только благодаря одному субъекту, который спекулировал пшеницей, да еще пришлось его, можно сказать, прямо-таки шантажировать, - так вот в загородном клубе Тонаванда едва ли встретишь многих из этих ваших ротарианцев.

–  Но, но как же так, Т. Дж.? Ведь ротарианцы - это… Ведь там и Айра Ранион - а он главный редактор "Адвоката", - видные агенты по продаже недвижимого, например, Уин Грант…

–  Так-то так, но хозяина этого самого "Адвоката" и банкира, который позволяет Уину Гранту копошиться, пока он не прогорит, членов правления корпорации, которая всех их спасает от тюрьмы, - вот их-то, злодеев, вы не встретите на каком-то клубном завтраке; эти вам не станут верещать о служении обществу! Их вы найдете за маленькими столиками старого Юнион-клуба [188], где они надрывают себе животы, высмеивая это самое служение. А играть в гольф они ездят в Тонаванду. В Юнион-клуб мне вас не протащить. Там не потерпят священника, который разглагольствует о пороке. Священники, которые состоят членами Юниона, обсуждают последнюю модель кадиллака и сетуют на то, как трудно достать настоящий итальянский вермут. Но Тонаванда - это другое дело. Туда могут и пустить. Для пущей респектабельности. Чтобы доказать, что тех бутылок с джином, что спрятаны в потайных ящичках их потайных шкафчиков, просто-напросто не может быть на свете.

Шесть месяцев времени и хитроумные тайные маневры стратега Т. Дж.
– и дело было сделано.

Уэллспрингский приход, а вместе с ним и пастор Уэллспринга расцвели от гордости, что Элмер достиг такого высокого социального положения: еще бы - ему разрешили играть в гольф с банкирами!

Одна беда: он не умел играть в гольф…

С апреля по июль, ни разу не показываясь на поляне одновременно с другими игроками, Элмер брал уроки у клубного тренера-профессионала, приезжая в Тонаванду по утрам три раза в неделю на элегантном новеньком бьюике, недавно купленном и почти уже оплаченном.

Тренер был, как водится, маленький и рыжий ворчун-шотландец (из Индианы) и - опять-таки, как водится, - такой грубиян, что Элмер при нем держался овечкой.

–  Выбили дерн - кладите обратно! Что это вам, церковь, что ли?
– рычал тренер.

–  А, черт! Забываю, Скотти, - заискивающе оправдывался Элмер.
– Достается вам с нами, священниками, да?

–  Священники - это мне тьфу, и миллионеры - тоже тьфу, а вот поле для гольфа - это для меня вещь, - ворчал Скотти. (Он был ревностным пресвитерианином, и колоритно грубить клиентам-христианам ему было так же тяжко, как и сохранять шотландский акцент, которому он научился у настоящего ирландца из Ливерпуля.)

Элмер был силен и покладист - на свежем воздухе, - и глаз у него был верный. Когда он впервые при всем народе вышел на поле Тонаванды в составе четверки: он, Т. Дж. Ригг и два самых уважаемых в городе врача, - он сам и его игра привлекли внимание и детально обсуждались. А когда, переодеваясь потом в гардеробной, он подчеркнуто не заметил плоской бутылочки, что ходила по рукам в десяти футах от него, он был признан и принят как человек вполне светский.

Уильям Доллинджер Стайлс, член правления Тонаванды и президент легендарной Компании металлических изделий "У. Д. Стайлс", - тот самый Стайлс, который ввел в обиход всей страны от Луисвиля до Детройта Обоюдоострый Топорик, а в обиход тонавандского клуба белые бриджи, - да, да, тот самый Стайлс, этот барон, этот епископ бизнеса, сам представился Элмеру и приветствовал его как нового члена клуба.

–  Рад вас здесь видеть, святой отец! В гольф давно играете?

–  Нет, только научился, но, будьте покойны, заболел всерьез и надолго.

–  Правильно, ваше преподобие. Я лично придерживаюсь такого взгляда на этот счет: для нас, кому приходится сидеть за письменным столом и принимать решения, которые определяют жизнь простого народа, ваши - в религиозном плане, мои - в коммерческом, - для нас, как я сказал, а через нас и для простых людей очень полезно, знаете, выбраться иной раз на природу, поддерживать себя в форме, чтобы справляться с решением наших сложных проблем (я, кстати, недавно как раз говорил об этом на банкете Торговой палаты) и сохранять здравый, разумный взгляд на вещи, чтобы не поддаваться всем и всяческим переливам в непостоянном и капризном общественном мнении, что неизбежно привело бы…

Короче говоря, мистер Уильям Доллинджер Стайлс сказал, что любит гольф.

Элмер нежно поддакивал.

–  Да, да, очень верно, совершенно правильно. Очень многим священникам совсем бы не помешало почаще проводить время на свежем воздухе и заниматься спортом, вместо того чтобы вечно сидеть да читать.

–  Вот-вот. Эх, жаль, не слышит вас сейчас мой духовный пастырь… не скажу, что б я так уж часто бывал в церкви, но, как казначей приходского совета, интересуюсь, конечно… Дорчестерская конгрегационалистская, знаете ли. Преподобный Шаллард.