– Сделаю все, что смогу, сир, больше мне нечего сказать.

– Славно, Герекит! – крикнул Ишбахар секретарю. – Составь бумагу о назначении господина Джориана... да, Эбеджай?

– Сир, – сказал вошедший слуга, – вас хочет видеть офицер с корабля, по срочному делу.

– Ах, эта треклятая жизнь! Не дадут человеку перекусить спокойно! Впусти его.

Вошел молодой морской офицер с перекошенным, мертвенно-бледным лицом; он бросился на одно колено.

– Сир!

– Что такое, сударь?

– Адмирал Кьяр исчез, и на нас напали пираты из Альгарта!

– Ай-ай-ай! О, боги! Как же это случилось?

– Ад... адмирал сегодня утром ушел на флагманском корабле «Рессаме» в море, проводить учения, а с ним две посыльные галеры – «Онэч» и «Бьяри». На море нам встретилось облако тумана, и некоторым показалось, будто туман был волшебный. Вдруг из этого тумана выскочили альгартийские суда и окружили «Рессам». Гребцов не хватало, и нам было не набрать приличную скорость, чтобы вырваться из кольца. «Онэч» тоже захватили пираты, а «Бьяри» удалось спасти: там на весла сели матросы.

– Ты командовал «Бьяри»? – спросил король.

– Да, сир. Если Ваше Величество считает, что я должен был остаться и погибнуть вместе с адмиралом...

– Нет, нет, ты поступил правильно. Кто-то ведь должен был рассказать нам обо всем. Мы сейчас же произведем тебя в адмиралы, будешь вместо Кьяра. Готовь к сражению оставшийся флот. – Король обратился к секретарю. – Составь для этого офицера назначение и принеси нам на подпись. А теперь, адмирал, присядь-ка да попробуй вот этого... Клянусь ногтями Угролука, молодой человек потерял сознание! Эй, кто-нибудь, плесните на него водой!

Джориан с Карадуром стояли вечером у окна в башне Кумашара, там, где находились часовые механизмы. Приятели смотрели вдаль, на море шла битва между морскими силами Пенембии и флотилией альгартийских пиратов. Самые крупные пенембийские суда, огромные катамараны, пришлось оставить у причалов из-за нехватки гребцов. Те суда, которые принимали участие в сражении, еле двигались по той же причине: на веслах недоставало людей.

– Еще один, – сказал Джориан, показывая на корабль, охваченный ярким пламенем.

– Наш или их? – спросил Карадур.

– Боюсь, что наш, но точно сказать не могу: темнеет, плохо видно.

– А как тот малый... забыл его имя... ну, тот офицерик, которого король неожиданно произвел в адмиралы, как он себя показал?

Джориан пожал плечами.

– Как тут скажешь? Флот вообще был плохо подготовлен, да и времени было мало. Даже Диодис Полонский, великий новарский флотоводец, мало что сумел бы сделать на месте этого парня.

– Какие у тебя отношения с полковником Чивиром?

– По-моему, он догадывается об истинном положении вещей. Королевские приказы принимает без особой охоты, хотя открыто своего недовольства пока не выражает. Я вот чего боюсь: если он узнает, что я нужен ксиларцам, то может дать им знать, где я. Они придут и меня схватят.

– Вряд ли им это удастся: мы окружены, город в осаде.

– Верно, доктор. Ну и положение! Пока город осажден, мне ничего не грозит. В то же время моя обязанность прорвать окружение, и я снова окажусь в опасности. Но, с другой стороны, если враг возьмет город, я, возможно, тоже лишусь головы. – Он взялся руками за голову и подергал ее. – Хочу убедиться, что она прочно сидит на месте.

– Если мы победим, король сумеет тебя защитить, я уверен.

– Может быть, может быть. Но предположим, у него возникнут денежные затруднения, война ведь недешево обойдется, а тут он услышит, какую награду назначили ксиларцы за мою голову?

– Что ты, он человек добросердечный.

– Это пока. Но, возможно, наступит день, когда душка Джориан покажется ему не так дорог, как мзда, которую можно за него получить. Я отведал королевской жизни и по опыту знаю, что ни одному правителю нельзя доверять. Любому вероломству у них есть оправдание: «Это нужно для блага народа». И весь сказ.

Битва шла еще долго, но в сгустившихся сумерках было ничего не разобрать. Затем уцелевшие пенембийские корабли вышли из боя и двинулись вверх по реке Льеп. Пираты разграбили пришвартованные суда, военные и торговые, и выстроились вдоль береговой линии за городской стеной, закрыв выход в море.

На следующий день с севера подошел к городу Свободный отряд; он дружно маршировал по новарской дороге, сверкая латами. С юга стекались разрозненные части крестьянского войска Мажана. А с востока появилась на верблюдах толпа кочевников из Федирана. Осада началась.