— Хит. Я тебе тысячу раз объясняла, что мы не можем быть вместе.

— Да брось, Зо, мы же с тобой Запечатленные! Мы теперь повязаны, детка!

И он ослепительно мне улыбнулся, как будто мы с ним были на школьном вечере, а не в вонючем туннеле в окружении кучки голодных тварей, намеревавшихся высосать нашу кровь.

— Это произошло случайно, и вообще, я как раз собиралась серьезно поговорить с тобой об этом. Но сейчас, если ты заметил, не самое подходящее время.

— Все это просто фигня, Зо, я же знаю, что ты меня любишь! — еще шире улыбнулся Хит.

— Хит! Ты самый упрямый мальчишка на свете! — разозлилась я, но он лукаво подмигнул мне, и я не выдержала: — Ладно, сдаюсь. Я тебя люблю, дубина.

— Что проис-с-с-ходит… — зашипел мерзкий Элиот. Остальные твари, окружившие нас, беспокойно зашевелились, а Венера сделала еще один шаг к Хиту.

Я заставила себя не задрожать, не заорать и не выкинуть еще какой-нибудь глупости. Внезапно на меня снизошло странное спокойствие. Я посмотрела на Стиви Рей и сразу поняла, что нужно сделать. Подбоченившись, я взглянула ей в глаза и приказала:

— Скажи ему. Скажи им всем.

— Что сказать? — она угрожающе прищурила свои красные глаза.

— Скажи, что здесь происходит. Он же тебя спрашивает, вот и ответь! Ты знаешь ответ.

Лицо Стиви Рей исказилось, она захрипела, словно ей приходилось выдавливать из горла каждое слово.

— Че… Человечность! Они проявляют свою человечность!

Жуткие создания зарычали, словно на них брызнули святой водой.

— Слабость! Мы называем это слабостью, — крикнула Венера. — Вот почему мы сильнее, чем они! Мы лишены их слабости.

Но я не обращала внимания на Венеру. Я не смотрела на Элиота. Я заставила себя забыть обо всей этой своре призраков, я смотрела только на Стиви Рей и не отвела взгляда, когда ее глаза вспыхнули грозным багровым огнем.

— Все это дерьмо собачье, — сказала я.

— Нет! — холодно ответила Стиви Рей. — Это правда. Мы умерли, и наша человечность умерла вместе с нами.

— Возможно, с ними это действительно произошло, но я не верю, что ты стала такой же.

— Ты ничего об этом не знаешь, Зои, — сказала Стиви Рей.

— А зачем мне знать? Я знаю тебя, знаю нашу Богиню, мне этого достаточно.

— Она больше не моя Богиня.

— Прекрати этот детский сад, Стиви Рей! Может, и твоя мама больше не твоя мама?

Я поняла, что задела ее за живое, потому что Стиви Рей дернулась, как от боли.

— У меня нет мамы. Я больше не человек.

— Фигня это на постном масле! — с облегчением воскликнула я. — Строго говоря, я тоже больше не человек, и что из этого? Я нахожусь где-то на середине процесса Превращения из человека в вампира, а значит, во мне примерно поровну и того, и другого. Так что единственный полноценный человек тут Хит.

— Ну, вообще-то я ничего не имею против вашей нечеловековости, — вставил Хит.

Я вздохнула.

— Хит, так неправильно. Надо говорить бес-че-ло-веч-ности.

— Знаю, не дурак, — нахмурился Хит. — Но это слово обидное, так говорят про всяких злодеев. Так что я пытаюсь пустить в обращение новый термин.

Я чуть челюсть не выронила. Может, у меня от стресса совсем съехала крыша?

— Что ты сказал? Пустить в обращение? Термин?

Хит важно кивнул.

— Ну да, нам рассказывали об этом на уроках словесности. Короче говоря, это часто делается, особенно в этой… — он наморщил лоб, и я увидела, как красноглазые создания подались вперед, с любопытством ожидая его ответа, — …в поэзии, вот!

Это было настолько невероятно, что я расхохоталась.

— Хит! Да ты действительно взялся за учебу!

— А что я говорил! — с гордостью кивнул он, и мне захотелось его расцеловать.

— Довольно! — мертвый голос Стиви Рей зловещим эхом облетел стены туннеля. — С меня хватит. — Она повернулась к нам с Хитом спиной, словно мы перестали для нее существовать. — Они нас видели. Они слишком много знают. Они должны умереть. Убейте их.

И она пошла прочь.

На этот раз Хит не стал тратить время на то, чтобы бороться со мной и уговаривать спрятаться за его спину. Он просто протянул руку и с силой дернул меня к себе, так что я потеряла равновесие и шлепнулась задницей на вонючий матрас. Потом мой парень повернулся лицом к оскалившимся немертвым тварям, подбоченился, широко расставил ноги и, стиснув кулаки, издал боевой клич «Тигров Брокен Эрроу».

— Только попробуйте подойти, уроды вонючие! Я вам всем ноги повырываю!

Нельзя сказать, чтобы я не оценила его брутальности. Просто на этот раз мой храбрый мальчик пытался прыгнуть выше своей вихрастой головы. Я встала и собралась.

— Огонь! Приди снова! — на этот раз я не просила, а приказывала властным голосом Верховной жрицы. Пламя вырвалось из моих пальцев, пробежало вниз по рукам. Жаль, что у меня не было времени как следует рассмотреть этот странный огонь, который полыхал по мне, но не обжигал. — Отойди, Хит!