Шрифт:
— Ничего особенного, — ехидно отозвался Глум. — Обычное дело: плохие парни с Альфа Центавра шастают тут днем и ночью, таскают потихоньку людишек, а потом, понимаешь, засоряют наше родное околоземное пространство своими чертовыми тарелками.
— Все ясно, — вздохнул Борг, потирая виски, — сержант опять начитался своей любимой газеты «Скандалы и тайны»!
— Вот и нет! — торжествующе парировал Глум. — Об этом написано как раз в вашей любимой газете.
Он сунул под нос изумленному Боргу пожелтевший клочок газеты.
— Действительно, — сыщик даже протер слегка запотевшие очки, чтобы лучше видеть, — это страница из «Обозревателя», самой серьезной газеты в городе. Но я что-то не припомню этого номера.
— И неудивительно, — снисходительно пояснил Глум. — Весь тираж газеты уничтожили в самый последний момент по указанию свыше, но мой знакомый в типографии сумел сохранить обрывок одного из экземпляров. И хотя всем было приказано молчать, он за хорошее вознаграждение передал листок со статьей мне.
— Ну, ладно, ладно, — примирительно сказал комиссар, явно заинтригованный, — читайте, что там написано.
— Давно пора послушать, а не отпускать глупые замечания, — обрадовался Глум и, повернувшись к Боргу, добавил: — Слушайте внимательно, инспектор, — это вам не дело о мелких воришках.
Прокашлявшись, сержант торжественно поднес газетный листок к глазам:
— Секретный доклад министерства обороны! «Летучий голландец» в космосе! На орбите обнаружена брошенная летающая тарелка! Инопланетяне похищают только лысых! Побег в никуда из космической тюрьмы!
— Каково, а? — Глум явно гордился произведенным эффектом. — Но это только заголовки, слушайте дальше. — Он снова уткнулся в газету. — Ровно три недели назад человечество столкнулось с самой удивительной загадкой за всю свою историю. Об этом стало известно нашему корреспонденту, с невероятными трудностями доставшему копию секретного доклада министерства обороны президенту. Приводим выдержки из этого суперсенсационного сообщения: «11 марта многоразовый космический корабль „Шастл“ с тремя звездонавтами на борту совершал запланированный полет в заданном режиме по заказу нашего генерального штаба и некоторых спецслужб. В 7 утра по столичному времени на околоземной орбите был обнаружен неопознанный летающий объект, не подающий признаков жизни и не отвечающий на сигналы. Попытка приблизиться…»
— Так, тут я пропущу описание того, как наши ребята проникли внутрь, — Глум перевернул страницу. — Ага, вот: «…На борту НЛО не было найдено ни одного живого существа, если не считать необычной фиолетовой плесени кубической формы… В самой дальней, овальной, каюте, судя по всему, содержались десять пленных землян. Во всяком случае на стене каюты висели обрывки написанной обычной шариковой ручкой записки. Тут же плавали в воздухе чьи-то носки 45-го размера, кулинарная книга и шариковая ручка фирмы „Панкер“, соединенная тонкой бечевкой со стенкой. В потайном ящике под одной из кроватей было обнаружено 27 зарядов большой мощности от неизвестного оружия… Приводим сохранившийся текст записки: „Мы, десять землян, были похищены и увезены на инопланетном корабле. Принцип, по которому нас отбирали, остался неясен, хотя единственное, что нас объединяет, — полное отсутствие волос на голове… Первые три дня мы общались только с роботами, но сегодня… Поэтому… несмотря… решились бежать… Захватили оружие… Прощ…“».
— Что вы теперь скажете? — сержант бросил газету на стол. — Просто жуть какая-то!
— Там точно написано, что все похищенные земляне были абсолютно лысыми? — спросил комиссар, непроизвольно поглаживая внушительную плешь на затылке.
— Смотрите сами, — сержант ткнул пальцем в газету.
— М-да, — успокоенно промычал Босси, оторвавшись от статьи. — Эти журналисты всегда все преувеличивают. Я не думаю, что нам угрожает серьезная опасность. К тому же, — он раскурил новую сигару чудовищной величины, — сдается мне, что этих плохих парней с Альфа Центавра уже нет в живых.
— Скорее всего, — неожиданно очнулся Борг, отгоняя клубы дыма от своей многострадальной головы, — их и вовсе не было. А этот знакомый Глума — большой шутник. И к тому же неплохо заработал на доверчивости сержанта.
Почему инспектор не поверил газетной статье?
— Скорее всего, — неожиданно очнулся Борг, отгоняя клубы дыма от своей многострадальной головы, — их и вовсе не было. А этот знакомый Глума — большой шутник. И к тому же неплохо заработал на доверчивости сержанта.
— Вы не верите своей любимой газете? — комиссар лукаво посмотрел на Борга.
— Я ей обычно верю, но не первого апреля. А этот материал должен был выйти как раз в этот день. Судите сами, репортер говорит, что встреча с тарелкой произошла «ровно три недели назад», а из «доклада» военных мы узнаем, что это событие случилось одиннадцатого марта. Отсчитайте от этого числа три недели, и вы получите первое апреля.
— Но не это главное, — продолжил Борг, жестом остановив Глума, который, выпучив глаза, собирался что-то возразить. — Кстати, у вас потухла сигара, — заметил он застывшему в кресле комиссару. — Главное, — повторил инспектор, — в другом. Если верить репортеру, записка лысых пленников с Земли была написана обыкновенной шариковой ручкой, а в невесомости нельзя писать ни перьевой, ни шариковой ручкой.
ПРОПАВШАЯ ДАМА
После обеда сержант Глум разгадывал свой любимый «Полицейский кроссворд». Он споткнулся на первом же слове по горизонтали.
— Обезьяноподобное млекопитающее из семи букв, обезьяноподобное млекопитающее из семи букв… — как заклинание твердил Глум.
— Ну что вы за человек, сержант? — донесся до него голос инспектора Борга. — Я вас уже третий раз окликаю, а вы сидите как истукан.
— Человек, человек, — эхом отозвался Глум, и вдруг его лицо озарилось счастливой догадкой. — Человек! — радостно завопил он. — Семь букв! Ведь это и есть обезьяноподобное млекопитающее!
— Да-да, именно обезьяноподобное, — охотно согласился инспектор, наблюдая за бурной жестикуляцией Глума. И тут же добавил:
— Очень сожалею, сержант, но нас срочно вызывает драконоподобное млекопитающее.
— Вы имеете в виду комиссара Босси? — руки Глума сами собой вытянулись по швам.
— Вот именно. Он ждет нас через минуту.