В кинотеатре он купил огромный стакан кока-колы и два еще более огромных пакета попкорна. Он не мог вспомнить, ел ли когда-нибудь раньше попкорн, но очень рад был попробовать. Уилл никогда не отличался красноречием, и в этот раз в основном говорила Ким, а он сосредоточенно слушал. Она рассказывала о семье, о матери, отце, брате Кейте, брате Уэйне, погоде и еще о том, каково быть парикмахером и добираться на работу общественным транспортом. Она спросила, куда он собирается летом. Будь Уилл утонченнее и опытнее или хотя бы сообразительнее, он бы понял, что последний вопрос – главный из всех, что парикмахеры задают своим клиентам. Но его обычно стригла Бекки, и поэтому он ответил со всей прямотой: он поедет туда, куда решит поехать его тетушка. И добавил с грустным видом, что его мама умерла, но он любит весну, потому что весной появляются цветы. Узнав о его матери, она посочувствовала ему и сказала, что не представляет ничего хуже смерти матери, но, возможно, ее место заняла тетушка? Уилл подтвердил, что так и есть, и они стали пить колу и есть попкорн. Быстро прошли рекламные ролики и начался фильм.

Ким заранее сообщила, что любит Рассела Кроу и Сандру Буллок и Уилл, увидев актеров на экране, обрадовался, что узнал их. Сюжет оказался не очень сложным. Главными героями были грабитель и его девчонка, а также их закадычный друг, об актере, игравшем его, Ким ничего не знала. На этот раз вместо ограбления банка троица планировала разжиться ювелирными украшениями. Британским зрителям было непонятно, где именно разворачивалось действие. Возможно, в Нью-Йорке, а возможно, и в любом другом большом городе Штатов. На экране виднелись небоскребы, мелькали витрины модных магазинов и жилые улицы, лучами расходящиеся от центра.

Уиллу не понравилось, когда герой Рассела Кроу убил охранника в ювелирном магазине, однако остальных зрителей это, кажется, не впечатлило. Ким спокойно продолжала есть попкорн, а мужчина, сидящий с другой стороны от Уилла, невозмутимо жевал жвачку. Уилл приказал себе в следующий раз просто зажмуриться, когда он почувствует, что вот-вот кому-нибудь сделают больно. Трое героев ворвались в полуподвал, где увидели множество бриллиантовых ожерелий, браслетов и колец. Сандра Буллок предположила, что все это стоит миллионы, если не миллиард.

Они успешно убежали от полиции и вернулись в дом Рассела Кроу – очень странный, темный старый дом, в который Уилл испугался бы и ногой ступить.

– Страшно, – шепнула Ким и поежилась.

Уилл кивнул, радуясь, что не один боится.

– Мне тоже страшно. – Не успел он порадоваться, что понимает происходящее на экране, в кино все резко усложнилось. Появились новые люди, которые нашли мертвого охранника, потом толпы полицейских, затем стали показывать какие-то новые места, клубы, бары и подвалы, полные людей, которых полицейские допрашивали грубыми и решительными голосами. Кино перестало быть детским, и Уилл потерял нить повествования. Он заставил себя сидеть смирно, Бекки научила его не приставать к людям с вопросами. Но он не мог не волноваться. Он был даже разочарован. Все ведь так просто начиналось, почему бы не продолжиться так же?

К счастью, так и случилось. Трое похитителей оказались в машине, которая мчалась по улицам. Уилл ни разу не видел, чтобы обычная машина ехала так быстро. На поворотах тормоза визжали, как бы стряхивая с хвоста преследователей. Потом похитители свернули на другую улицу, и на фонарном столбе Уилл увидел надпись «Сокровище с шестой авеню». Буквы были крупные, с подсветкой, и Уилл прочел их без труда, потому что запомнил название фильма: «Шестая авеню». Машина остановилась на парковке, все трое вышли из нее. Рассел Кроу держал в руке кожаную сумку с драгоценностями, второй мужчина – лопату. Говорили они мало. Только действовали. Пошли на задний двор, в самый грязный угол, с мусорными баками, старыми ржавыми железками и разрушенным сараем. Там были также кусты и простая разрытая земля. Вдоль цементной дорожки росла редкая трава и сорняки. Над их головами облачное небо покрывали пятна городских огней. Мужчина, который не Рассел Кроу, стал копать яму. Он позвал девушку помогать, и она, отыскав в куче мусора вторую лопату, тоже принялась за работу. В их движениях проскальзывала отчаянная торопливость, и Ким снова поежилась. Она схватила Уилла за руку, и это было для него неожиданно, но приятно и комфортно. Он пожал ее руку в ответ.

Грабители закопали кожаную сумку и разровняли землю лопатой. Сверху они бросили пару кирпичей и кусок доски, чтобы место выглядело так, будто к нему никто не прикасался. Послышался звук полицейской сирены, и Уилл с удивлением обнаружил, что точно такие же звуки он слышит почти каждый день в Паддингтоне. Так значит, все происходит здесь, в Лондоне! Грабители тоже услышали сирены, они переглянулись и буквально за несколько секунд перемахнули через стену в соседний двор, потом еще в один и наконец на стоянку, где осталась их машина. После этого снова все стало сложно, и Уилл с трудом следил за сюжетом. А за пять минут до конца Рассела Кроу застрелил полицейский, а друг Рассела тоже получил пулю и стал инвалидом на всю жизнь. И лишь девушка успела сесть на самолет, который взлетел, едва она застегнула ремень безопасности. Каждый раз, когда кого-то убивали или калечили, Уилл закрывал глаза. Когда он открыл их, Сандра Буллок уже загорала на пляже у моря, в окружении пальм, а рядом с ней был уже какой-то другой мужчина. Он сказал: «Пойду принесу нам что-нибудь выпить, детка», – и отошел.

Девушка подождала, пока он отойдет подальше, а потом сказала мечтательно: «А сокровище все еще там, наверное. Но не для меня, мне дорога домой закрыта навсегда».

Включили свет, и Ким поднялась с кресла. Уилл тоже встал. Ему хотелось спросить Ким, как она считает, там еще драгоценности или нет? Но ведь Сандра сказала, что там, и очень уверенно сказала. Почему же дорога домой для нее закрыта? Он серьезно это обдумал. Может, потому, что она сделала что-то настолько плохое, что полицейские застрелили этих мужчин-сообщников и ее тоже могут застрелить? Так, что ли? Наверное, так.

– Умираю с голоду, – сказала Ким. – Попкорном не наешься, правда?

От волнения у Уилла пропал аппетит, но он надеялся, что вид еды вернет его. В кинокомплексе было несколько кафе. Они зашли в одно, сели за столик у окна, выходящего на Финчли-роуд, Ким заказала пиццу, а Уилл омлет и картошку. Он сообщил Ким, что уже ел пиццу на обед. Заказывать еду для него не было непривычным делом. Иногда, если они с Кейтом работали рядом с каким-нибудь рестораном, он обедал там. Они заказали еще колы, Ким заговорила о фильме, а Уилл, чувствуя, что слушать ее не обязательно, можно только поддакивать, погрузился в свои мысли.