Но это вовсе ничего не значит, что двое приятелей — один пернатый и один хвостатый успели первыми поприветствовать Лолу, она-то знает, кто ее любит больше всех.

— Пуишечка! — вскричала Лола, и слезы полились у нее по щекам.

— Ну вот, поплыла теперь, — с некоторым раздражением отметил Маркиз, заперев дверь и заверив соседку, что никакого шума больше не будет, и чтобы Вова отдыхал спокойно.

Недовольство Ленине было вызвано поведением кота Аскольда. Уж слишком он разрезвился. Ишь как распелся! Так пел он раньше только самому Лене и то редко, в самые, можно сказать, интимные минуты. Конечно, звери соскучились без Лолы, но все же не год она отсутствовала! И ничего с ней не случилось..

Леня Маркиз вульгарно ревновал своего кота.

— Конечно, я тебе бесконечно благодарна, сказала Лола, прижав к груди своего маленького четвероногого любимца. — Я говорю это не тебе, Пуишечка, детка, — добавила она, увидев, что Пу И удивленно поднял правое ухо, — я говорю это тому невоспитанному двуногому чудовищу, которое сейчас снимает грязные ботинки, облокотившись на мой любимый антикварный столик…

— Конечно, я благодарна тебе за то, — продолжила она самым невинным тоном, повернувшись к Маркизу, застывшему на одной ноге и пытавшемуся понять, к чему она клонит и чем это ему грозит, — благодарна за то, что ты не забыл обо мне.., вспомнил, что я существую на одной с тобой планете.., и даже нашел среди своих бесконечных и очень важных дел пару минут для того, чтобы отыскать меня и вызволить из рук злоумышленников… И даже успел приехать до того, как они меня убили. Конечно, я тебе благодарна… — она сделала долгую выразительную паузу, и вдруг оглушительно завопила, запустив в Леню первым подвернувшимся под руку предметом, а именно фарфоровым телефонным аппаратом с позолоченным изображением чихуахуа, который Леня подарил ей на прошлое Восьмое марта:

— Но не надейся, что тебе сойдут с рук шашни с той мерзкой блондинкой из торгового центра!

Телефон не попал в Леню, поскольку тот успел увернуться, он попал в стену и разлетелся на тысячу маленьких фарфоровых осколков. Пу И испуганно взвизгнул, вырвался из Лолиных объятий и улепетнул в ванную комнату, откуда с любопытством наблюдал за развитием событий. Леня на одной ноге ус-" какал подальше, умудрился снять второй ботинок и укрылся за вешалкой.

— Мерзавец! Подлец! Эксплуататор женского и детского труда! Альфонс Интриган! орала Лола, швыряя в Маркиза все, что подворачивалось ей под руку. — Низкий, бессовестный человек!

— При чем здесь детский труд? — робко подал голос Леня. — Пу И я не эксплуатирую, а Аскольд вполне взрослый, авторитетный кот…

— Ага! Насчет эксплуатации женского труда ты не отпираешься! Тебе нечего сказать по этому поводу! Ты давно уже все делаешь моими руками! Да если бы только руками!

— А чем еще? — Леня опрометчиво высунулся из укрытия, и в него тут же угодил Лолин розовый тапочек с помпоном.

— Пошляк! — воскликнула Лола. — Я имела в виду мои бедные ноги, которые с таким трудом переступали по обледенелому карнизу, когда я добывала для тебя эту злополучную камею! Я едва не потеряла туфлю! Я имела в виду мою несчастную спину, которая совершенно замерзла от ледяного ветра! Я чудом не подхватила тогда воспаление легких! Не говоря уже о бронхите, ларингите и трахеите ..

— Ты забыла упомянуть воспаление коленной чашечки, — добавил Леня и получил очень точный удар в темя Лолиным правым зимним сапогом.

— Но даже это не самое страшное, что мне пришлось пережить тем вечером! — продолжала Лола полным трагизма голосом.

— Что — неужели среди гостей была женщина в таком же, как у тебя, платье? — предположил Леня.

— В этом случае тебя уже не было бы в живых! — оборвала его Лола. — Нет, я говорю о том, как меня едва не растерзали два.., нет, четыре бешеных ротвейлера, которые охраняли кабинет Костоломова!

Лола перевела дыхание, огляделась и добавила:

— А теперь еще и Пу И от меня убежал… наверное, ты его подговорил! Сам бы он ни за что не предал меня в такую трагическую минуту!

Лола горько всхлипнула — от фазы агрессии, когда ей хотелось что-нибудь разбить об Ленину голову, причем желательно что-нибудь очень тяжелое и ценное, она перешла к фазе безутешного горя. Теперь ей было себя ужасно жалко.

— И после всего, что я ради тебя перенесла, я вдруг выясняю, — она снова всхлипнула, — причем выясняю совершенно случайно, что все это делалось исключительно ради твоей давней обоже!

— Ничего подобного. — Леня понял, что непосредственная опасность миновала, и осторожно выбрался из укрытия. — Ничего подобного, это был обычный заказ, мы работали за деньги… А то, что мы с Беатой когда-то были знакомы, не играет в данном случае никакой роли…

— За деньги? — воскликнула Лола и неожиданно запустила в утратившего бдительность Маркиза вторым сапогом. Попадание было очень удачным, и Лола захлопала в ладоши, сразу перестав всхлипывать.

— Да, за деньги! — подтвердил Леня, снова укрывшись за вешалкой и потирая набухающую на глазах шишку.

— Это ты называешь деньгами? — возмущенно проговорила Лола, вытаскивая из сумочки сложенную в несколько раз газетную вырезку. — Шила в мешке не утаишь! Я знаю, сколько стоит та камея! Кажется, до сих пор мы брали за работу десять процентов от стоимости вещи? Ну-ка, взгляни мне в глаза!

Боишься?

— Боюсь! — честно признался Леня.

— Если бы ты взял с нее обычный процент, мы были бы уже богатыми людьми! Я купила бы собственный театр, или.., или ферму для разведения чихуахуа! Представляешь, как был бы счастлив Пу И!