Новости были самыми обычными. Там засуха, там наводнение. Там начался загадочный падеж скота, а там с неба упала огромная скала, говорят, аршаины пошутили. В Пограничье беспокойство, говорят, что враг по ту сторону Границы начал проявлять активность. В Хонери прошло общее собрание шираев, они со всей Латакии приехали, чтоб решить какие-то свои вопросы. Говорят, обсуждали, как морских драконов успокоить. Они в последнее время стали нападать на судна, такого уже давно не случалось. На севере после лютой зимы, самой холодной за последние сто дюжин дюжин, все вымерзло, и теперь там срочно в огромных количествах покупают зерно на посадку, потому цена на него заметно подскочила. Замок Кэй-Вэй готов принять на работу двух шаинов, опыт работы не обязателен, стажировка на месте.

На последнюю новость я внимания не обратил, а Авьен сразу сказала - это судьба. Очень редко замки ищут не аршаинов, а неопытных шаинов, и мы свой шанс не должны были упускать. Я не возражал. Мы подошли к торговцу, который про это рассказывал, представились. Я показал несколько магических фокусов, простеньких, но красивых. Торговец обрадовался, оказывается, ему в замке Кэй-Вэй даже премию обещали, если он сможет быстро шаинов найти. Сказал, что у него тут пока еще дела, потому сам проводить нас не может, но позвал одного из своих сынов, дал трех коней и попросил нас довести до места. В этом мире вообще торговля была семейным делом. Каждым караваном руководил отец семейства, а сыновья у него на подхвате были. Куда они жен и дочерей девали - не знаю, наверно где-то и такие были. Не могли же сыновья сами, без женщин, рождаться. Но сколько я наблюдал - ни одной женщине среди торговцев не видел, разве что такие же, как Авьен, путешественницы. Но торговок не встречал ни одну.

Сын караванщика повез нас в замок. Он сказал, что до Кэй-Вэя недалеко, пару дней пути. И действительно, выехав утром, мы уже к вечеру следующего дня добрались до места. Я поблагодарил судьбу, что одно время я целый месяц на английской ферме работал, за лошадьми ухаживал. Там я и ездить на них научился. Так что теперь не смотрелся белой вороной, а держался в седле уверенно, хоть мозоль на заднице все равно натер. То было много лет назад, я тогда думал в Оксфорд поступать, но так получилось, что я в Англии без гроша в кармане очутился. У меня даже обратного билета не было, вот и пришлось на целый месяц конюхом стать. И вообще, жизнь такая штука, что никто не знает, что в будущем пригодиться сможет. Потому знания никогда лишними не бывают.

Кэй-Вэй был типичным местным замком - я их уже с десяток видел, все они одинаковые. Высокие стены, башни с золотыми шпилями, широкие ворота. Как будто по всей Латакии одна бригада строителей по одному проекту строила. Потому особого восхищения я не испытал. Я вообще уже тогда привык к этому миру, для меня все местные уже ашба, людьми, стали. Даже наш проводник, в первые дни я бы с удивлением пялился на его ветвистые лосиные рога и покрытую роговыми пластинками кожу, а сейчас абсолютно спокойно воспринял. Я и не таких уже в этом мире встречал.

Но все же замок смог меня удивить. Не фасадом, а интерьером - я еще никогда не был внутри замка, а потому даже не представлял, насколько он может быть фундаментален. Это был целый город в миниатюре. Тут были свои дороги, площади, дома, и все это стенами, шириной с десяток метров. Тут жили люди, даже выпасали скот - это меня особо удивило. Я даже представить себе не мог, что внутри замка, фортификационного сооружения, может быть полянка, на которой мирно пасутся несколько коров.

Но нас отвели в центральную, самую высокую и укрепленную башню, где представили хозяину этого замка. Шираю Кесарру. Точнее не ему самому, он сейчас то ли занят был, то ли в отъезде, а его заместителю. Тот попросил нас показать, что мы умеем, я показал. Когда он убедился, что я действительно шаин, то заплатил сыну торговца обещанное вознаграждения, а нас с Авьен попросил подождать, пока вечером сам ширай не решит, подходим ли мы ему. Нас отвели в отдельные покои, сытно накормили, и мы с Авьен начали ждать.

Как мы условились еще раньше, мы никому не говорили, что я шмон, а она моя даву. Если бы припекло, то, конечно же, признались бы, а пока никто не подозревает, лучше не говорить. В конце концов, никто и никогда не обязывал шмонов на каждом перекрестке кричать, что они пришли с той стороны, и если я не хочу об этом говорить - это мое право. Тот же Ахим, ведь никто, кроме Лимы и меня, не знает, что он тоже шмон. И ничего, нормально устроился человек, свою магическую школу открыл. Да и вообще, знание - сила, и не только сила, а и деньги. Кто много знает, тот всегда это сможет использовать в свою пользу, так что лучше их не разбазаривать.

Ширай Кесарр смог нас принять только поздним вечером, я бы даже сказал ночью. Он оказался очень большим человеком. Не таким, конечно, как Исса, тот своей головой все потолки задевал, но больше того же Хомарпа. Кесарр был даже не столько высокий, сколько массивный - при росте два метра, он весил явно за двести, причем в нем не было ни грамма жира. Только накаченные мышцы да натянутые жилы, он даже без доспехов, в одном домашнем халате, внушительно смотрелся. А на коне, наверно, и вовсе гора горой. А еще у него росли два огромных клыка, как у саблезубого тигра, и на каждой руке было всего по два пальца, больше на клешню рака, чем пальцы человека, похожих. Обычный ашба, обычный человек.

–  Аникино, ширай!
– вежливо поздоровались мы с Авьен.

–  И вам здравствовать желаю, - ответил Кесарр.

Он нас принял в своих личных покоях - огромной комнате, заставленной различным оружием да охотничьими трофеями, среди которых такие монстры встречались, что мне и не присниться такое. А еще в комнате горел камин, придавая обстановке спокойствие и уют. Мы были только втроем, я, Авьен, и Кесарр, ширай сам решил проверить, стоим ли мы того, чтоб принять нас на службу.

–  Значит, вы шаины?