— Дай! Я пойду! — решила Саша и побежала к учительской.

— Что? Милого дружка выручать пришла? — спросила Елизавета Серафимовна. — Небось, и упражнения уже выполнены?..

Саша молча, с удивлением, смотрела в глаза учительницы, Потом губы ее задрожали. Она повернулась и бросилась к двери…

Школа работала, как громадный, хорошо отлаженный механизм, Летели дни и месяцы, гремели звонки, менялись смены. Проходили линейки, утренники, занятия кружков, сборы отрядов и дружины. Все организовано, учтено, предусмотрено планом.

Казалось бы, живи да радуйся!.. А мальчишки скучали, В кружках: — доклады, на сборах — построения и доклады… А им хотелось такого дела, чтоб дух захватывало! Чтоб нужно было бежать, прыгать, бороться… И чтобы обязательно была тайна. Разве может быть что-либо интересное без тайны?!.

Перед началом уроков мальчишки стояли кучкой в вестибюле.

— Везет же людям! — с завистью говорил Стасик, причесывая пятерней совершенно белые волосы, за которые мальчишки называли Сметаной. — Вон в двадцатой школе. И кружок по радиотехнике и электронные гитары сами делают. А тир какой! Пацаны каждый день стреляют из воздушных винтовок!

— И у нас можно! — сказал Сережка. — Вон какой подвал большущий! Повыбрасывать ломаные стулья — вот и тир!

— Ни фига не выйдет! — как всегда, возразил Ваня. — А винтовки? А кто стрелять научит? Алла? Или Мария Павловна?.. Учителя же все женщины. А кругом командуют девчонки…

— Точно, как в песне. Слыхали? — и Женя тихонько запел:

Мальчишкам песня понравилась. Они заставили Женю еще раз повторить слова и с удовольствием подхватили припев:

И тут, как из-под земли, выросла Елизавета Серафимовна:

— Что за глупая песня? Кто сочинил?

— И совсем не глупая, — воинственно сверкнув очками, ответил Женя. — Вчера по телевизору ее пел хор мальчиков под управлением Никольского.

Когда она отошла, ребята фыркнули, а Стасик сказал вслед:

— Видал… не понравилось. Назло будем петь на переменке…

Если новое увлечение мальчишек не замечено вовремя и не приняты экстренные меры, очередная выдумка берет в плен всех. Кипучая деятельность идет от подвала до чердака.

Школа взбудоражена появлением Фантомаса. Стонут уборщицы. Лютой Багирой мечется с этажа на этаж завхоз. Выходят из терпения учительницы. Кабинет директора — как штаб осажденной крепости. Поминутно поступают сообщения о новых ударах.

Лимонно-желтую стену коридора кто-то изукрасил орнаментом из фиолетовых черепов с костями и надписями «Фантомас».

На третьем этаже вдруг погас свет. Нянечка потянулась к распределительному щиту и отскочила в ужасе: при свете спички с белой бумаги на нее смотрел череп с пустыми глазницами и надпись: «Заминировано!!! Фантомас».

В туалете на бумажке, чудом прилипшей к потолку, надпись: «Сматывайся после 5-го урока! Школу посетит Фантомас».

Завуч подошла к расписанию и вздрогнула. В глаза бросилась надпись на стекле: «Убью! Фантомас».

На стенах, стеклах, подоконниках кричало, лезло в глаза это лезло это слово: Фантомас… Фантомас… Фантомас…

В десятом «а» на уроке стереометрии Лидия Николаевна вдруг удивлением обнаружила, что ее не слушают. Смотрят куда-то вверх улыбаются. Она обернулась. Под потолком на листе ватмана искусной рукой художника выписан черной тушью большущий череп с костями накрест. В белых глазницах маленькие рисунки — фрагменты кинокартины. В одной глазнице — падающий со скалы человек, в другой — взлетающая ракета. И четкая надпись: «Фантомас разбушевался».

— Витя, — сказала Лидия Николаевна, — ты у нас самый высокий. Возьми мой стул и сними, пожалуйста.

По классу разлилась настороженная тишина.

— Спасибо, — поблагодарила Лидия Николаевна, кладя рисунок стол. — Вы полюбовались, а теперь — я… Итак, условия задачи. В шар вписана…

Костик Симочкин выглядывал из дверей своего второго «в». Их учительница, возмущенная тем, что белые крышки парт оказались изукрашенными оттисками черепов, пошла за завучем.

Второклассники еще не знали таинств печатного дела. Вырезать надписи на резинках — дело трудное. Они сделали проще. На бумажках нарисовали черепа и написали: «Фантомас». Когда приложили влажные печатки к партам, череп вышел, как надо. А вот надпись получилась диковинная: «самотнаФ»…