— Я не обману тебя. Верь мне… — Она приподнялась, обняла меня. Тихонько всхлипнула. — Знал бы ты, как я устала быть одна…

Я хотел ей верить. Хотел, несмотря ни на что — не может она меня обмануть. А если все-таки обманет, то мне тогда и жить незачем.

— Я верю… — сказал я и прижал ее к себе.

Проснулся я около восьми. Вика спала, ее волосы разметались по подушке. Она была прекрасна — глядя на нее, я чувствовал, что готов для нее на все. Моя Вика — я смотрел на нее и знал, что никому ее больше не отдам.

Наверное, я смотрел на нее слишком пристально, так как она вдруг шевельнулась, открыла глаза. И встретилась со мной взглядом.

— Привет! — сказала она и слабо улыбнулась.

— Привет… — отозвался я, вглядываясь в ее глаза. — Как спалось?

— Хорошо… — ответила она. Какое-то время смотрела на меня, ее глаза наполнились слезами.

— Ты плачешь? — спросил я.

Она отвернулась, потом села на кровати. Обхватила колени, уткнулась в них лицом.

— Не плачь… — Я провел ладонью по ее волосам. — Ты ведь ушла от них… Все теперь будет хорошо.

— Ты не понимаешь… — Она взглянула на меня, по ее щекам ползли слезы. — От них нельзя уйти. Нельзя, понимаешь?! И сюда меня прислали именно они — Лара прислала. Я снова тебя обманула… — Она встала и начала торопливо одеваться — ее одежда, уже успевшая высохнуть, висела здесь же, на стуле.

Руки Вики дрожали, губы тряслись. Я смотрел на нее и не мог поверить, что она говорит правду.

— Не верь мне! Никогда больше не верь мне, слышишь?! — Она нервно застегнула пуговицы блузы. — Гони меня прочь — если не хочешь погибнуть.

Я продолжал смотреть на нее, в сознании царил хаос. Выходит, она меня снова обманула? И все ее вчерашние слова были очередной ложью?

Одевшись, она быстро вышла в коридор. Понимая, что Вика сейчас уйдет, я вскочил и побежал за ней.

Она уже накинула куртку и теперь обувалась. Выпрямилась, встретилась со мной взглядом. Ее глаза были полны слез.

— Если ты снова обманула меня, то почему говоришь мне об этом? — Я смотрел ей в глаза, пытаясь понять, где правда, а где ложь.

— Потому что действительно люблю тебя. Прощай… — Она торопливо открыла дверь и вышла из квартиры.

Я не остановил ее. Застучали по ступенькам каблучки ее туфелек, потом все стихло. Закрыв дверь, я прошел в гостиную, сел на диван, уже ничего не понимая. Она призналась, что обманула меня, — значит ли это, что она меня действительно любит, что это не игра с двойным дном, способ войти ко мне в доверие? Могу ли я ей верить?…

Весь день я думал о Вике. Ближе к вечеру, отчаявшись разобраться в происходящем, решил позвонить Антону. Потом передумал — испугался того, что он посоветует мне прекратить с Викой всякие отношения, навсегда забыть о ней. Я не соглашусь, и моим отношениям со сталкерами придет конец…

Черному я так и не позвонил. Прошел один день, другой, третий — от Вики не было никаких вестей. Наверное, я бы мог пойти к ней домой. Но был уверен, что она там уже не живет. Кроме того, такой визит был бы опасен — что, если за Викой присматривают? Я не хотел ей навредить.

Антону я позвонил через неделю. О Вике не сказал ни слова — хотел просто встретиться, поговорить. Узнать новости.

— Ты вовремя, — услышав меня, сказал Черный. — Подъезжай в наш офис часикам к шести, поболтаем.

— Хорошо, — с готовностью согласился я.

К уже хорошо знакомому мне зданию я подъехал за пять минут до шести вечера.

Поднялся на второй этаж, зашел в офис.

— А вот и Егор! — увидев меня, сказал Калина — он и Ирина сидели у одного из мониторов. — Присаживайся.

— Привет! — поздоровался я. — Спасибо… — Присев на стул рядом, я глянул на монитор. — Чем занимаемся?

— Пытаемся сравнить карту нуклеаров с расположением аномальных зон, — за Калину ответила Ирина. — Получается очень интересно.

— Нуклеары — это что? — спросил я, вглядываясь в экран.

— Места падения крупных метеоритов, — пояснила девушка. — Они падали очень давно, миллиарды лет назад. В местах их падения образовались крупные кратеры, размеры некоторых достигают двух-трех тысяч километров. Их хорошо видно на космических снимках. Вот, например, Северо-Американский, — Ирина подвела курсор к нужному месту на карте. — Его размеры почти четыре тысячи километров. Представляешь, какой камешек когда-то упал?

— Представляю, — кивнул я. — А у нас есть подобные?