— Мне нравится вопрос. Ты думаешь, я кому-то покровительствую? Совсем нет! Мне скучно, Чек. Я развлекаюсь.

Карл что-то заметил и сказал в пространство:

— Почему не работает сто пятьдесят четвертая? Ах, самочувствие… Найдите здорового человека, а этой… дайте возможность лечь в больницу!

Плачущую девушку тут же вывел из зала длинный молодцеватый клерк, и Карл удовлетворенно сказал:

— Она, конечно, милая особа. Но что делать! Не останавливать же производство! Обрати внимание — на сто пятьдесят четвертое место спешит новая девушка. Да как резво!

Карл говорит в пустоту:

— Отставить. Подыщите что-нибудь покультурнее. Солидное учреждение — и такая беготня. Некрасиво!

Карл переключил экран, и я попал в другой, огромный и тихий зал, от пола до потолка уставленный сложной, непонятной аппаратурой. И здесь служащие сидели рядами, каждый за своим пультом; рабочие места были четко пронумерованы.

— Мои глаза и уши, — с гордостью произнес Карл. — Без них мое могущество было бы пустым звуком. Ну, теперь достаточно. Общее представление имеешь.

Карл выключил экран и лениво поднялся из-за стола; я также, не торопясь, покинул кресло.

— Ничего ты не понял, Чек, обозлился Карл. — Мне подражать не следует. Ни в чем! У тебя должна быть своя скорость. Впрочем, я не хочу, чтобы ты толковал о моих требованиях превратно. На древнем Востоке, заметь, подчиненные ползли к повелителю на коленях. Подчеркиваю — на коленях. Я этого не признаю. Каждый должен поступать в соответствии с убеждениями, по доброй воле. Лишь одно я требую: дисциплину! Которая сочетается с безусловным уважением к своему шефу.

Карл степенно направился к выходу. Он лениво потянул на себя дверную ручку и поморщился:

— Опять ты сплоховал. Я, как последний швейцар, открываю перед тобой двери. Учти, я помню все это и ничего не прощаю.

В прихожей навстречу Карлу выпорхнула та самая миловидная девушка, которая несколько минут назад мне так понравилась. Она, как я понял, была секретарем у Карла. Девушка вся лучилась, глаза ее говорили об одном — она счастлива созерцать своего шефа.

— Что нового, Ри? — важно спросил у нее Карл. Вероятно, девушку звали Рита, но, в соответствии с требованиями Карла, часть имени сокращена.

— О, нового много, — с радостью отозвалась Ри.

— Подготовься, я вызову, — распорядился Карл и проследовал дальше. — Умнейший экземпляр, советую наладить деловые контакты, сказал он мне, когда Ри вернулась на свое место, а мы вышли в коридор.

На ковровой дорожке Карл совсем сбавил шаг, Он откровенно прислушивался к доносившимся обрывкам разговоров.

У двери с номером пять Карл заметил:

— Это твой доминион. Я скажу Ри — она познакомит с девушками моего домашнего офиса. К ним ты успеешь. Важнее заглянуть сюда.

У двери с номером двенадцать Карл остановился, заложил руки за спину и удивленно прикрикнул:

— Ну?

Я открыл дверь, удивился самому себе, и вслед за Карлом вошел в длинный тесный кабинет. Разом с двух сторон из-за своих компьютеров вскочили все — в черных костюмах и черных галстуках, с черными гладко зачесанными волосами. Мне показалось — все они на одно лицо, с одинаковым предупредительно-угодливым взглядом. Даже роста одного! Наверняка Карл их путает и зовет одним обрубленным именем…

Карл придирчиво обозрел клерков и объявил, кивнув на меня:

— Прошу любить и жаловать. Наш новый служащий. Зовут его Чек. Офис номер четыре.

«Не забыть бы, — номер четыре…»

Я слегка поклонился и услышал со всех сторон одобрительный гул.

— А это, — Карл изящно повел рукой, — мои первые помощники. Персонально: Бо, Э, Ни, Ви, А, О, Ва, Ал, И, Се, Мо, Па.

Вот так память у Карла! Не забыт ни один из двенадцати клерков!

На стенах я заметил яркие лозунги. Да еще какие! «Оградим Ноосферу от варварских вторжений!», «Создадим свою, самую надежную Иносферу — на все грядущие времена!» Были и другие призывы, но Карл, поворачиваясь, нарочито задел меня, и мое внимание переключилось на властелина.

— Интересуешься Ноосферой? — хмыкнул он. — Этим кладбищем иллюзий почему-то интересуются все. Не понимаю — что интересного?

— Как — что? — искренне удивился я. — За тысячи лет жизни на Земле человечество столько накопило!.. Все доброе, умное должно работать на будущее.

— И ты туда же, — рассмеялся Карл. — Мертвая, гробовая романтика. Реальная жизнь сказок не приемлет.

— Тогда зачем ограждать Ноосферу от варварских вторжений? — кивнул я на лозунг.

— Зачем ограждать? — усмехнулся Карл. — От любопытствующих. Слишком много их развелось. Ну, ну, не будем мешать труженикам громкими разговорами.