Началась кампания по усилению дискредитации «сухого закона», нападки на трезвенников. При малейшем намеке на призыв к трезвости их громогласно обвиняют в экстремизме, «перехлёстывании» и в более тяжких «преступлениях».

На этом фоне организованного разрушения экономики, экологии, нравственности — усиленно нагнеталось пьянство при замалчивании его роста и лживых уверениях, что «у нас все в порядке»...

Резко возрастает смертность, снижается продолжительность жизни населения, и ни от одной академии, ни от одного социологического учреждения не исходит ни звука о надвигающейся катастрофе.

И даже на этом фоне трезвенники не прекращали активной работы. А так как их статьи и доклады не публиковали, то они переписывались от руки или на машинке, читались группами, нередко тайно (так как их правдивые слова объявляли крамолой) и передавались от семьи к семье, от города к городу и т. д. И несмотря ни на что, трезвенники добились постановления ЦК КПСС и Правительства о борьбе с пьянством и алкоголизмом в 1985 г.

И хотя это Постановление было половинчатым, без указания размеров снижения торговли и сроков, несмотря на попытки замалчивания его средствами массовой информации, несмотря даже на то, что большинство партийных и советских руководителей на местах больше занимались выявлением и дискредитацией трезвенников с их «экстремизмом», чем борьбой за трезвость, народ воспринял это Постановление с огромным сочувствием и пониманием.

«Ломехузы», стараясь преуменьшить благотворные результаты даже частичного отрезвления, говорили, что народ, мол, перешел на употребление алкогольных суррогатов и самогона, а они ведь ещё вреднее, чем водка. Да, за это время в стране зарегистрировано около 100 групповых отравлений суррогатами (которые, кстати сказать, нередко употреблялись и при отсутствии каких-либо ограничений в продаже алкоголя), при этом скончалось 250 человек. Об этом написали во всех газетах. А о том, что за 2 года после постановления умерло на 400 тыс. человек меньше, чем за то же время в предыдущий период, пресса промолчала. В 1986 г. в Куйбышевской области разводов по причине пьянства супругов стало на 34% меньше («Волжский коммунист», 14.02.87 г.). В 1986 г. по сравнению с 1984 г. количество преступлений, совершенных на почве пьянства, уменьшилось в стране на 26%. На 36% возросло число судимостей за самогоноварение с целью сбыта.

Противники трезвости уверяют, что объём сокращения государственной водки почти полностью покрывает самогон. Это голословное утверждение. Если бы это было так, то смертность, преступность и другие показатели не только не уменьшились, но и возросли бы, ибо самогон вреднее водки. На самом же деле эти показатели значительно уменьшились. Кроме того, абсолютно неверны и, прямо скажем, лживы утверждения, что уменьшение госторговли и особенно «сухой закон» привели к росту самогоноварения. На самом деле, рост самогоноварения идёт приблизительно в ногу с ростом государственной торговли водкой или даже опережает последний. Вот данные по годам.

После отмены сухого закона в 1925 г. товарный, или государственный, алкоголь и неторговый, или самогон, составили (в литрах){19}:

Это сообщение полностью совпадает с данными русских (И. А. Красноносов, Б. И. Искаков), а также зарубежных социологов. Поэтому «страхи» врагов трезвости, что при сокращении госторговли вином будет нарастать самогоноварение, не то что преувеличены, а просто извращены. Это убедительно подтверждают данные по Томской области, приведённые ранее.

Если же государство полностью прекратит торговлю спиртным, то и самогонщики это сделают очень скоро (так как при сухом законе они будут немедленно выявлены).

В 1986 г. затраты населения на алкоголь снизились на 10,7 млрд. руб., а общий товарооборот вырос на 8 млрд. руб., то есть мы почти сравнялись с алкогольным «дефицитом» в бюджете. В этом нас уверил М, С. Горбачёв в беседе с трудящимися г. Мурманска в 1987 г. Количество прогулов на почве пьянства уменьшилось по сравнению с 1985 г, в 1,4 раза, потери рабочего времени — в 1,7 раз. В 1987 г. на 40% по сравнению с 1984 г. снизилось число прогулов {20}.

Даже краткий обзор таких данных показывает, чего удалось добиться стране за короткое время, какие огромные возможности оздоровления всех сторон жизни общества заложены в трезвости. Ведь то, что мы имели в эти два года, было очень далеко от истинной трезвости. Душевое потребление оставалось ещё на цифрах, при которых бюджет России назывался «пьяным». Причём речь шла о цифрах только товарного алкоголя. Можно себе представить, какие бы мы имели достижения, как бы пышно расцвела наша жизнь и наша Родина, если бы действительно была введена обязательная для всех трезвость!.. Но именно этой трезвости как огня боятся шмелёвы, заиграевы, левины и другие.

Чем же теперь они будут аргументировать необходимость дальнейшего пьянства, если этот двухлетний период относительного протрезвления разбили все их надуманные и лживые аргументы против трезвости?

Надо сказать, что в своё время выступление Н. Шмелева было настолько откровенно враждебным к человеку, он так беззастенчиво и открыто призывал к дальнейшей алкоголизации народа, его экономические рассуждения были настолько ненаучны, что даже представители алкогольных «либералов» решили несколько «пожурить» своего зарвавшегося коллегу.