– Прошу прощения, ваша светлость, хотя следующий вопрос очень деликатного свойства, он является важной частью нашего дела. – Герцог едва заметно кивнул, и адвокат перевел проницательный взгляд па Каролину: – Вы действительно вступили в тот день в брачные отношения?

Щеки Каролины загорелись огнем, и она невольно зажмурилась.

Воспоминание о том давнем дне со Стивеном показалось ей невыносимым. Перед глазами вновь возникли покосившаяся, плавящаяся на обжигающем солнце хижина и Стивен, прижимающий ее к твердому тюфяку. Его тягучий голос нашептывал ей что-то на ухо, умолял ее снова и снова.

– Кэрри, Кэрри, пожалуйста, не плачь. Мы поженились, и теперь все в порядке. Мы никому не скажем, не бойся, и я не сделаю тебе больно, обещаю.

Она прошептала «да», потом «нет», и больше у нее не было сил ни говорить, ни остановить его.

Стивен придавил ее своим тяжелым телом, трогал ее, терся об нее. Его лихорадочные поцелуи душили ее, а жадные мальчишеские руки путались в пуговицах полосатого розового платья. Потом она так и не смогла больше надеть это платье, такие яркие воспоминания вызывало оно о том дне: льняное платье, мокрое и помятое, распахнутое до талии и задранное до бедер, покрытое горячими влажными поцелуями и солеными слезами, скользкое от пота стонущего Стивена. Он возвышался над ней, причиняя ей боль, и это продолжалось до тех пор, пока Стивен не расслабился и не уснул прямо на ней.

Все изменилось в тот день, раз и навсегда.

Теперь перед лицом Алекса и его адвоката она должна была ответить на сложный вопрос одним-единственным словом.

И Каролина, еще крепче зажмурившись, прошептала:

– Да.

Алекс осторожно пожал ей руку, видимо, пытаясь успокоить, но все равно, хотя ее признание не являлось для него новостью, Каролина не сразу смогла посмотреть ему в глаза.

Джеффри Клейпул продолжил деловым тоном, как будто каждый день задавал женщинам подобные вопросы:

– Был ли рожден ребенок от вашего союза?

Каролина покачала головой:

– Нет. – Она уже благодарила Бога за проявленную к ней благосклонность и теперь сделала это еще раз.

– Вы подписали брачную лицензию?

На этот вопрос отвечать было уже гораздо легче.

– Да. Стивен сказал, что это специальная лицензия, которую раздобыл для нас его друг.

– Она все еще у вас?

– Да.

– Могу ли я взглянуть на нее?

– Конечно, как только мы приедем домой.

– Пока это все, ваша милость. – Адвокат сложил бумаги и убрал их в кожаный портфель.

Каролина прижалась к Алексу, уютно устроившись на его плече; больше всего на свете ей сейчас хотелось принять горячую ванну и лечь в мягкую постель.

– Как вы считаете, Джеффри, мы сможем аннулировать этот брак? – стараясь не слишком выказывать свое волнение, поинтересовался Алекс.

Лицо адвоката оставалось бесстрастным.

– Не хочу заранее обнадеживать вас, но полагаю, что у нас действительно есть шанс выпутаться из этой неприятной ситуации, однако для начала мне нужно убедиться в подлинности брачной лицензии: она может дать нам неплохую зацепку.

Когда они прибыли в особняк герцога, Алекс усадил Каролину у огня в кабинете и устроил для нее настоящий пир, хотя от напряжения она не могла проглотить и кусочка и мечтала только о горячей ванне. Бонни отправили в спальню за брачным соглашением, которое Каролина хранила в кожаной сумочке на дне сундука.

После того как Бонни, выполнив поручение хозяйки, вышла, Каролина достала из сумочки пачку бумаг и медленно развернула один из документов.

– Вот. – Она протянула документ Алексу.

Алекс быстро пробежал глазами небольшой листок, на котором имелась восковая печать, стояли дата – 19 августа 1863 года – и подписи Стивена Эндрю Беннета, Каролины Оливии Армстронг и еще одна закорючка, коей он не разобрал. Все выглядело вполне законным, и герцог передал бумагу Джеффри Клейпулу, который тоже стал тщательно ее рассматривать.

Закончив свое исследование, адвокат посмотрел на Алекса, потом на Каролину:

– Ваша светлость, этот документ не является ни специальной лицензией, ни какой-либо иной официальной бумагой, поскольку не отвечает ни церковным, ни правовым стандартам. Должность человека, который проводил церемонию, не указана. В сущности, данная лицензия не выдерживает никакой критики и не может быть признана судом.

– Что все это значит? – Каролина неуверенно посмотрела на адвоката, затем на Алекса.

– Это значит, ваша милость, что фальшивый документ вкупе с поспешной тайной церемонией, произведенной без присутствия официального гражданского лица или санкции церкви, без родительского благословения и надежных свидетелей, делает ваш брак с мистером Стивеном Беннетом недействительным, а значит, брак с герцогом законен.

Смысл этих слов не сразу дошел до Каролины, зато Алекс тут же расплылся в торжествующей улыбке и порывисто обнял жену.