– Довольное странное замечание с вашей стороны, – сказала она, и в ее голосе прозвучала доля прежней твердости, – когда я только что выразила свой интерес.

– Извините, просто… – Грегг решил не напоминать про ужас, который охватил ее, когда он выстрелил из ружья. – Я не знаю скорости вылета, но вряд ли она высокая. Это старый капсульный пятизарядный револьвер, сейчас таких немного. Понять не могу, чего ради Кейли его таскает.

– Ясно. – Она разочарованно вернула оружие. – От него нет никакого толка.

Грегг взвесил револьвер на ладони.

– Не поймите меня неправильно, мадам. Его неудобно заряжать, но против пули 54-го калибра не устоит ни один человек.

Говоря, он не сводил глаз со своей гостьи, и ему показалось, что при последних словах на ее лице промелькнуло странное выражение.

– Вы думаете о большом звере? – предположил он. – О медведе?

Она оставила его вопрос без внимания.

– У вас есть свое оружие?

– Да, но я не ношу его. Таким образом я не ввязываюсь в неприятности. – Грегг вспомнил события предыдущего часа. – Обычно, – добавил он.

– Какова скорость вылета пули у вашего оружия?

– Откуда мне знать? – Греггу было все труднее совместить поведение женщины с ее непонятным интересом к техническим характеристикам огнестрельного оружия. – В наших краях так об оружии не судят. У меня, к примеру, «ремингтон» 44-го калибра, который всегда делает то, что я хочу, и этого мне вполне достаточно.

Невзирая на раздражение, сквозившее в его голосе, женщина оглядела комнату и указала на массивную железную кухонную плиту, на которой он готовил.

– Что произойдет, если вы выстрелите вот в это?

– Куски свинца разлетятся по всей комнате.

– Вы ее не прострелите?

Грегг хохотнул.

– Мадам, нет еще такого оружия, способного это сделать. Вы не могли бы поведать мне, откуда такое любопытство?

Он уже начал привыкать к тому, как она отвечала – меняя тему разговора.

– Вас зовут Билли-мальчик?

– Достаточно просто Билли. Раз уж мы собираемся перейти на имена.

– Меня зовут Морна. – Она одарила его мимолетной улыбкой. – Нет смысла соблюдать формальности… в данных обстоятельствах.

– Пожалуй, так. – Грегг почувствовал, как к щекам прилила кровь, и поспешно отвернулся.

– Вам когда-нибудь доводилось принимать ребенка?

– Это не моя специальность.

– Не беспокойтесь чересчур, – сказала она. – Я вас научу.

– Спасибо, – хрипло ответил Грегг. У него появились сомнения в благородном происхождении своей гостьи. Безусловно, об этом свидетельствовали ее внешность и – теперь, когда она больше не боялась, – определенная властность поведения. Но она, казалось, не имела ни малейшего представления, что существуют вещи, которые можно обсуждать лишь с самыми близкими.

Днем он отправился в город, поехав в объезд, подальше от ранчо Портфилда, и освободился от восьми галлонов пульке в сапуне Уэйли. Стояла невыносимая жара, пропитанная потом рубашка липла к спине, но он позволил себе лишь одну кружку пива, перед тем как идти к Рут Джефферсон в лавку ее двоюродного брата. Грегг нашел Рут в кладовке, когда она пыталась взвалить мешок бобов на нижнюю полку. Это была крепкая привлекательная женщина лет сорока, со все еще узкой талией и прямой осанкой, хотя годы вдовства и тяжелой работы проложили глубокие линии вокруг ее рта.

– Добрый день, Билли, – сказал она, услышав его шаги, а затем обернулась и пристально посмотрела на него. – Ты что задумал, Билл Грегг?

У Грегга дрогнуло сердце – именно это заставляло его всегда опасаться женщин.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что ты нацепил галстук в этакую жару. И свою лучшую шляпу. И если не ошибаюсь, свои лучшие ботинки.

– Давай-ка помогу тебе с мешком, – сказал он, подходя ближе.

– Это чересчур тяжело для твоих рук.

– Как-нибудь справлюсь. – Грегг нагнулся, неуклюже прижал мешок к груди, затем выпрямился и бросил его на полку. – Ну? Что я тебе говорил?!

– Ты весь перепачкался, – неодобрительно сказала она и стала смахивать пыль платком.

– Ерунда, не шуми.

Несмотря на протесты, Грегг покорно застыл и позволил себя вычистить, наслаждаясь таким вниманием.

– Мне нужна твоя помощь, Рут, – сказал он.

Она кивнула.

– Я твержу тебе это не один год.

– По совершенно особому случаю. Я даже рассказать тебе не могу, покуда ты не пообещаешь хранить секрет.

– Я так и знала! Я знала, что что-то случилось, как только ты сюда вошел!