– Не нужно, - возразил Ринат.
– У меня встреча со своими адвокатами. Не нужно беспокоиться.

– Хорошо, - ответил Николай.

– И еще, - добавил Ринат, - я хотел спросить, сколько вам платит Иосиф Борисович? Какую сумму в месяц?

Николай взглянул на Анзора. Тот молчал.

– Это коммерческая тайна, - сказал наконец Анзор.
– Нас предупредили, что все расходы адвокатское бюро Плавника берет на себя.

– Ясно. Тогда можете не говорить. А сколько получает Тамара, вы тоже не знаете?

– Нет.

– Ясно. Поезжайте за покупками и приезжайте за мной часам к девяти. Я думаю, за два часа мы закончим.

– Хорошо.
– Николай снова повернулся к нему.
– Вы дадите нам деньги? Здесь большой список.

– Да, конечно.
– Он достал деньги.
– Пятьсот долларов хватит?

Николай снова посмотрел на Анзора.

– Хватит, - кивнул Анзор.
– На продукты хватит. А там посмотрим...

Когда они подъехали к отелю, Николай вылез первым и открыл дверцу. На часах было без пяти семь. Ринат вылез из салона автомобиля и застегнул пиджак. Как хорошо, что они не опоздали.

В холле его уже ждала Тамара. Она успела переодеться и была в строгом коричнево-золотистом платье. Увидев Рината, она приветливо улыбнулась.

– Вас уже ждут в ресторане, - сказала она, - там Иосиф Борисович, его французские партнеры - мсье Дрюмо и мсье Леклерк. И еще двое гостей. Один ваш новый украинский партнер, другой российский. Они члены совета директоров нефтеперерабатывающего объединения, основная часть акций которого принадлежит вам. Или будет принадлежать, - поправилась Тамара, - Российского партнера зовут Георгий Алексеевич Гомозков, а украинского - Игнат Юрьевич Гребеник. Гомозкову пятьдесят три года, он крупный специалист в этой области, работал еще в советское время директором завода. Гребеник моложе, ему под сорок, он владеет двадцатью процентами акций предприятия и еще несколькими профильными предприятиями. Они хотели с вами познакомиться.

– А сколько процентов акций у Гомозкова?

Тамара удивленно взглянула на него.

– Чуть более двадцати, - произнесла она, - а больше пятидесяти процентов акций принадлежали вашему покойному родственнику. Сегодня стоимость этих акций около миллиарда долларов. Хотя специалисты считают, что в будущем акции существенно поднимутся в цене. Вас еще что-нибудь интересует?

– Спасибо. Вы будете с нами ужинать?

– Нет.
– Она чуть нахмурилась.
– Я должна только встретить вас и проводить. На этом мои функции исчерпаны.

– Большое спасибо. Я хотел с вами посоветоваться. Может, вы найдете мне хорошего секретаря? У меня столько проблем, а я пока ничего не знаю. Где найти такого помощника, как вы?

Тамара улыбнулась. Она наконец услышала то, что давно хотела услышать.

– Мы говорили на эту тему с Иосифом Борисовичем, - сообщила она.
– Он тоже считает, что вам нужен дельный помощник, способный ввести вас в курс дела. Но сегодня никому нельзя доверять. Вы не просто наследник Глущенко, вы становитесь одним из самых богатых людей в мире. Поэтому он просил меня временно поработать с вами. Если вы согласитесь, я могу несколько месяцев быть рядом. Нам еще нужно съездить во Францию, просмотреть много документов. А у меня юридическое образование.

– Очень хорошо, - кивнул Ринат.
– Сколько я вам должен платить?

Она повернулась к нему и лукаво прикусила нижнюю губу. Потом немного насмешливо произнесла:

– Я думаю, мы сумеем договориться о моем гонораре. Во всяком случае, я буду обходиться вам дешевле вашего друга. И не попрошу вас покупать мне машину. Если вы сами этого не захотите, - добавила она после секундной паузы.

– Договорились.
– Он прошел в зал ресторана, и она показала ему на столик у окна, где его уже ждали.

Ринат подошел к мужчинам, которые поднялись при его появлении. Гомозков был коренастый, седовласый, с крупными чертами лица. Гребеник, напротив, был худощавый, подвижный, имел мелкие черты лица и немного вдавленные зубы. Оба знакомились с главным акционером, крепко пожимая ему руку. Затем все расселись за столом, и Плавник начал беседу. Леклерк иногда переводил некоторые детали разговора своему коллеге. Речь шла об акциях Глущенко, находившихся в доверительном управлении до тех пор, пока не будут оформлены все необходимые формальности для получения наследства.

Предупредительные официанты быстро появлялись и так же быстро исчезали. Ринат помнил, что вилку нужно держать в левой руке, а нож в правой, но Гомозков взял вилку в правую руку, пренебрегая этикетом, и Ринат решил, что может себе позволить обходиться без ножа, орудуя одной вилкой.

– Кроме акций нефтеперерабатывающего предприятия, ваш покойный родственник владел еще несколькими компаниями. В том числе транспортной компанией во Львове, - сообщил Плавник.

– Нет, - возразил Гребеник, - он ее продал за полтора месяца до своей смерти.