— Когда ты подрастешь, сестричка, может, ты узнаешь немного больше о птицах и пчелах.

И, садясь напротив нее, он дотянулся через стол и поцеловал ее в лоб.

Нина чуть не поперхнулась пищей.

— Так я и знала, — сказала она, глядя на отца. — Он или сошел с ума, или наконец влюбился.

Рид откинулся на стуле и с большим интересом наблюдал за сыном. Его худшие опасения подтвердились, когда Ли взглянул на него и подмигнул.

— Ты и вправду знаешь о женщинах много, папа, — ухмыльнулся Ли, и Рид расхохотался.

— Не думаю, что мне хочется знать, о чем это вы тут переговариваетесь, — чопорно сказала Нина и поднялась, чтобы уйти. — Пожалуй, я позвоню Хьюстон и выражу ей свои соболезнования.

— Скажи ей, что я заеду за ней в одиннадцать, — проговорил Ли с полным ртом. — И захвачу корзину для пикника.

Рид остался сидеть, раскурив трубку, что редко делал по утрам, и смотрел на сына. Обычно Лиандер ел не спеша, но сегодня он глотал еду, как волк, словно завтра он не сможет поесть. Он, казалось, полностью ушел в себя, в мир счастья и радужных планов.

— Я тут думал об этой женской больнице, — сказал Ли, вгрызаясь в кусок бисквита двухдюймовой толщины. — На самом деле это Хьюстон навела меня на мысль. Пожалуй, пора подумать о начале строительства или, может, купить тот каменный склад в конце Арчер-авеню. Вложим туда кое-какие деньги и труд и получим то, что надо.

— Это Хьюстон предложила? — спросил Рид.

— Не совсем, но она помогла. Мне нужно в больницу, а потом я встречаюсь с Хьюстон. До встречи. — Он схватил яблоко и уже в дверях обернулся и посмотрел на отца:

— Спасибо, папа, — сказал он, как бывало в детстве, но в это утро Рид вспомнил себя самого в таком же возрасте, он был точно таким же, пока не женился.

Находясь в больнице, Ли все время насвистывал, и его хорошее настроение оказалось заразительным. Очень скоро весь персонал улыбался и чуть не забыл о своих обязанностях. Молоденькая проститутка, которая накануне пыталась покончить с собой, неожиданно извлекла выгоду из хорошего настроения Ли. Он говорил с ней о радости жизни, а потом дал ей место сиделки в штате женской клиники, пообещав не забывать ее и помогать ей в будущем.

Без десяти одиннадцать он прыгнул в свой экипаж и поехал в центр за корзиной, которую приготовила для него мисс Эмили, державшая кафе.

— Значит, это правда, — сказала мисс Эмили, улыбаясь, отчего ее бело-розовое лицо покрылось сеточкой тоненьких морщин. — Нина все утро говорила о своем брате, больном от любви.

— Безусловно, моя сестра слишком много говорит, — сказал Ли, но при этом улыбнулся. — Не знаю, что необычного в том, что я счастлив, потому что женюсь на самой прекрасной женщине в мире. Мне пора, — закончил он, выбегая из магазина.

Он поручил свою лошадь и коляску заботам Вилли, конюха Гейтса, преодолел лестницу, перепрыгивая через две ступеньки, и поднял руку, чтобы постучать;

— Можешь зайти, — услышал он голос из затаенного угла веранды. — Они тебя ждут.

Лиандер посмотрел в этот угол и увидел Блейр. Она стояла отвернувшись, но он заметил, что она сама не своя и лицо у нее переменилось. Он шагнул к ней:

— Что-то случилось? С Хьюстон все в порядке?

— Она здорова! — отрезала Блейр, поднимаясь. Ли поймал ее за руку:

— Сядь здесь, я хочу взглянуть на тебя. Ты выглядишь плохо.

— Оставь меня в покое! — наполовину всхлипнула, наполовину выкрикнула она. — И не прикасайся ко мне.

Она отскочила от него, сбежала вниз по ступенькам и скрылась за домом.

Ли остался стоять с открытым от удивления ртом. В этот момент появилась Хьюстон, натягивающая белые кружевные перчатки.

— Это Блейр кричала? Вы что, опять поспорили? — спросила она.

Ли повернулся к ней с выражением блаженной радости на лице, его взгляд охватил Хьюстон — с головы до пят, словно он хотел поглотить ее всю без остатка.

— Это была Блейр, — ответил он.

— Хорошо, — сказала Хьюстон. — Я надеюсь, что ты посмотришь ее. Она такая весь день. Не знаю, по какой причине, но, по-моему, она все время плакала. Я подумала, может, тебе удастся узнать почему. Мне она не захотела отвечать.

— Хорошо, я посмотрю ее, — сказал Ли, помогая ей сесть в экипаж, и, как только он коснулся ее, он уже не мог оторваться и продолжал держать ее за талию.

— Ли! Люди смотрят.

— Да, конечно, — хмыкнул Ли, — но мы скоро исправим положение.