Ли поблизости не было, и спрятался он так хорошо, что Блейр не заметила его, пока он ее не окликнул.

— Что случилось? — спросил Ли, взял сэндвич и попытался погладить ее по руке.

— Не прикасайся ко мне, — сказала она, отдергивая руку, словно он мог сделать ей больно. Ли разозлился:

— С меня довольно. Почему ты не веришь, когда я говорю, что никогда ее раньше не видел? Почему ты веришь ей, а не мне, своему мужу?

— Потому что твой отец сказал мне о ней. Почему я не должна ему верить?

— Мой отец солгал, потому что я попросил его об этом! — повысил голос Ли. Она отступила.

— Солгал? Ты это признаешь? И что же заставило тебя бросить меня в первую брачную ночь? Не было никакого вызова. И я сомневаюсь, что твой таинственный мистер Смит вообще существует. Так где ты был?

Ли молча ел сэндвич и смотрел на лес. Ему не хотелось усложнять дело еще одной ложью.

— Я не могу тебе этого сказать, — негромко проговорил он.

— Ты не хочешь.

Она повернулась и направилась к домику.

Он поймал ее за руку.

— Нет, я не могу сказать, — в нем начала закипать ярость. — К черту, Блейр! Я не сделал ничего, чтобы заслужить твое недоверие. Я не был с другой женщиной. Боже, да я с трудом могу вынести одну женщину, не говоря о двух. Ты что, не можешь понять, что произошло что-то важное, крайний случай, который заставил меня покинуть тебя в такую ночь? Почему ты веришь моему отцу, который лгал от моего имени, и этой дряни, зарабатывающей себе на жизнь воровством?

Он отпустил ее руку.

— Иди, иди. Слушай ее больше. Ей только этого и надо. Уверен, она ждет не дождется, когда мы вцепимся друг другу в глотки. Ей будет гораздо легче сбежать от одного тюремщика, чем от двух. Если она продолжит в том же духе, а ты так и будешь верить ей, то через пару часов ты сама поможешь ей бежать, чтобы разлучить меня с ней.

Блейр почувствовала слабость и села на траву.

— Я не знаю, чему верить. Она, похоже, много о тебе знает, и тогда я не могу ждать от тебя полной честности. Изначально ты ведь не хотел на мне жениться. Это было просто состязание.

Лиандер схватил ее за плечо и рывком поставил на ноги.

— Иди в дом, — сказал он сквозь зубы и отвернулся.

Блейр не могла понять, что происходит. Повесив голову, она потащилась в домик. Тетя Фло однажды жаловалась своему мужу, что Блейр ничего не понимает в жизни.

— Если мужчина скажет, что она разбила ему сердце, — сказала тетя Фло, — Блейр станет рыться в учебниках, чтобы узнать, как его починить. Но медицина — это еще не вся жизнь.

Блейр остановилась, вернулась к Ли.

— Ты действительно никогда не был во Флоренции? — нерешительно спросила она, и звук ее голоса растаял в ночной тиши.

Он повернулся не сразу, посмотрел на нее — лицо его было сердитым.

— Никогда.

Блейр приблизилась на шаг.

— Она ведь не в твоем вкусе, правда? Я хочу сказать, что она слишком худая, и грудь и бедра у нее не очень.

— Даже близко не в моем.

Но выражение его лица не изменилось.

— И она не отличит грыжу от головной боли? Он смотрел, как она придвигается все ближе, пока не остановилась прямо перед ним.

— Я не стал бы строить из себя дурака перед всем городом, если бы любил кого-то другого.

— Думаю, нет.

Держа винтовку в одной руке, он протянул ей другую, и Блейр прижалась к Ли, положив голову ему на грудь. Его сердце стучало, как сумасшедшее.

— Ты должен мне брачную ночь, — прошептала она.

Внезапно он схватил ее за волосы, запрокинул голову и крепко поцеловал.

Но стоило Блейр просунуть колено между его ног, как он отпустил ее и нежно оттолкнул.

— Иди в дом, — проворчал он. — Я тут на страже, кроме того, мне нужно кое-что обдумать, а когда ты рядом, думать я не в состоянии.

Она нехотя отодвинулась от него.

— Блейр, — сказал он, — у меня есть план. Я его еще до конца не продумал. Не показывай ей, — он кивнул в сторону домика, — что знаешь, что она лжет. Притворись, будто веришь ее словам. Думаю, твоя ярость сослужит нам хорошую службу.

— Я рада быть полезной, — пробормотала она, возвращаясь в домик.