Помимо парламента, высшего органа законодательной власти, в стране имеется и правительство, подразделяющееся на различные советы — советы графств, городские советы, советы районные или окружные, муниципалитеты небольших городов, приходские советы и т. д., которые получают примерно 80 % своих поступлений из центральных фондов и добирают остальное за счет местных налогов — что ярко проявляется в том, что они ведут дела на местах, как им самим бог на душу положит.

Отношение к бюрократии у англичан двойственное. Они понимают, что это зло неизбежно, однако врожденная прямота и независимость их характера требует, чтобы они сопротивлялись всяческому вмешательству бюрократов в их личную жизнь. Впрочем, в одном англичане — и бюрократы, и небюрократы — единодушны: может, бюрократия и мешает порой жить, но все равно ни одна из бюрократий Континента английской бюрократии и в подметки не годится!

Жители Англии хорошо понимают, что политики всегда преследуют только собственные цели и доверять им нельзя, но, тем не менее, считают английских министров образцом высокой нравственности, а если тем не удается соответствовать понятию образца, то ожидают от них единственно достойного поступка: подачи в отставку.

В глубине души англичане весьма консервативны и не любят перемен, а потому перемены у них случаются крайне редко. В Вестминстере (это здание специально построено в XIX в. так, чтобы выглядеть на 500 лет старше) английские политики ведут свои дела со всем присущим древнему английскому парламентаризму историческим великолепием и в соответствующих костюмах.

Ничего удивительного, что на политической сцене Англии доминируют две партии, имеющие не какое-нибудь напыщенное и ничего не значащее название, вроде "Республиканской партии", "Христианских демократов" или «Солидарности», но называющиеся вполне достойно и просто: Консервативная и Лейбористская. Первая — отголосок неизменного свойства английской натуры. Вторая — оплот пуританской трудовой этики с ее воспеванием труда как такового (то есть, труда ради самого трудового процесса). Прибавка прилагательного «новый» к слову «труд» некогда превратила драчливую рабочую партию в политически корректную и тоже достаточно консервативную.

Превращение же части Либералов, то есть, третьей партии, некогда бывшей частью одной из "двух великих" партий английской буржуазии, в либерал-демократов привело к удвоению их представительства в Парламенте. Не так давно всех членов парламента от партии Либералов можно было посадить в одно такси. Теперь же для них потребовался бы, наверно, целый автобус, хотя еще и не двухэтажный.

В деловых кругах разных стран мира английские бизнесмены порой кажутся дилетантами. Они, похоже, до сих пор предпочитают полагаться в делах на некое "чутье", не доверяя иностранным методам анализа и организации труда. Вот почему их иногда недостаточно серьезно воспринимают в мире бизнеса.

Английская манера решать практические вопросы необычайно демократична. Любое решение должно приниматься коллегиально, то есть какой-нибудь комиссией. Так что если вы вздумаете связаться по телефону с кем-то из представителей английских деловых кругов, вам каждый раз будут отвечать: "он (или она) на совещании" или: "у него важная встреча", На этих встречах члены комиссий заседают до бесконечности, пытаясь достичь консенсуса, вместо того, чтобы принять конкретное решение.

Некогда широко распространенное мнение о том, что англичане работают больше и усерднее прочих, ныне сильно пошатнулось, ибо статистика доказала, что в среднем немцы работают 44,9 часа в неделю, итальянцы — 42,4, а англичане — всего 42. Разумеется, последние тут же заявили, что у немцев и итальянцев, во-первых, значительно больше праздничных и выходных дней, а, во-вторых, важно не количество рабочих часов, а качество работы.

Англичане очень гордятся собственной способностью непременно, пусть кое-как, ошибаясь и путая, но все же доводить дело до конца "без лишней спешки", то есть действовать, не особенно беспокоясь о дисциплине или планировании. В прошлом подобное отношение к работе служило англичанам весьма неплохо, а ведь именно в прошлом для них заключены все те уроки, которые они мечтают усвоить.

Английские компании и нынче повсеместно организуются по старинке. То есть в основе их лежит концепция многослойной пирамиды, на вершине которой председатель и исполнительный директор компании, а в основании — скромные служащие.

Кое-что в Англии вообще никогда не меняется. Опросы выпускников английских университетов показали, что те, кто закончил независимую (то есть частную) "паблик-скул", автоматически получают лучшие и более высокооплачиваемые места, чем те, кто закончил государственные школы. Как ни пытались разрушить традиционный "круг старых однокашников", он по-прежнему неколебим как скала. И "галстук старого однокашника" по-прежнему считается достойным любых капиталовложений.

Поскольку англичане терпеть не могут, когда им указывают, что и как нужно сделать, любой приказ следует отдавать с должной долей вежливости, что представители многих других народов находят абсолютно неуместным.

Если вы, следуя английской традиции, выразите свой приказ в форме просьбы, то непременно добьетесь желаемого результата. Но попробуйте выразить его именно в форме приказа, без малейшей уступки собственной воле каждого из ваших подчиненных, и англичане тут же нахально объявят перерыв в работе и примутся пить чай.