Шрифт:
— Гм! Ну, допустим, — я недоверчиво поджал губы. — Тогда скажи-ка, друг ситный, кто занимается делом об осквернении могил?
— Кашин, разумеется. Его же участок. — Арлин изо всех сил старался казаться трезвым.
— Результат, ясный перец, нулевой, — фыркнул я. — Да, кстати, когда оно началось?
— Что началось?
— Осквернение, урод ты пьяный! — рявкнул я. — Могил! На кладбище!
— Спустя сутки после ис… исчезновения… и-ик… девочки, — майора шатнуло на стуле, как тростник на ветру, и, чтобы не упасть, он вцепился в крышку стола бледными, волосатыми пальцами.
— Ты уверен?!
— И-ик… да! Лично ему поручал разобраться!
— И что доложил Кашин? Как именно осквернили могилы?
— Да кошек… и-ик… на крестах распинают, а рядом срут… Пардон, исп-п-пражняются…
«Исчезновение девочки именно в тех краях… Сильный испуг и подавленность Кашина, якобы ничего не видевшего во время обхода… Свидетель?! Похоже. Но в таком случае его могли оставить в живых лишь при одном условии… Спустя сутки ритуальное осквернение христианских могил все в том же районе… Поручили первое задание?!. Мои сны, конечно, не доказательство, но… ряд мелких нюансов в облике и поведении участников нападения на квартиру Рябова наводят на мысль об их принадлежности к сатанинской секте. Другой бы, возможно, не обратил внимания, но я неоднократно и достаточно плотно общался с этой мразью. [17] Значит… Ага!!! Вроде бы «горячо» Ну а раз так — дело значительно упрощается!..»
17
См. первый и третий сб. в твердом переплете о приключениях Дмитрия Корсакова. Общее название сборников: «Депутат в законе» и «Трудная мишень». Издательство «Эксмо», серия «Черная кошка».
— Где сейчас Кашин? — вслух спросил я.
— И-ик… Отдыхает после смены, — Арлин жадно покосился на сейф и непроизвольно сглотнул, дернув кадыком. Майору не терпелось «добавить».
— Вызови его сюда, передай мне с рук на руки, а потом лакай сколько влезет, — разрешил я и, не удержавшись, добавил: — Синюшник хренов!..
Едва жирная туша участкового протиснулась в кабинет, я в упор осмотрел его потную физиономию, отметил мелкое подрагивание конечностей и мысленно вынес вердикт: «Виновен!»
— Отныне ты, Сла-и-ик, подчиняешься ему, — пьяно ухмыляясь, объявил Арлин. — Товарищ из Эф… Эс… Бэ! Смо-о-отри! Он шутить не любит. Если чего не так — пристрелит как собаку или запытает до смерти! У него особ… и-ик!.. особые полномочия!
— Твой начальник абсолютно прав, хотя и не совсем трезв, — ласково подтвердил я. — Ну-с, а теперь идем, мой хороший. Сергею… э-э-э…
— Михайловичу, — испуганно подсказал Кашин.
— Точно! Сергею Михайловичу нужно отдохнуть после напряженной умственной работы. Давай топай на улицу!
Даже не спросив зачем, участковый поспешно вывалился в коридор. Выйдя вслед за ним, я услышал, как лязгнул открываемый сейф. Мы вместе спустились вниз по лестнице, причем Кашин двигался впереди с понурым видом и опущенной головой.
— Арестовали?! На Лукьянку повезете?! — завидев нас, не поленился выползти из дежурки давешний «труп». Смерив его холодным взором и не удостоив ответом, я подтолкнул участкового в спину.
— Шагай веселее!
«Точно, арестовали! — отразилось в тусклых глазах дежурного. — Ох, что будет, что будет! Как бы остальных за собой не потянул!» Во дворе около моей «девятки» толпилось несколько милиционеров в чине не выше старшины. Вопросы они задавать не стали, но взглядами дружно «похоронили» незадачливого коллегу. Видать, новость о визите (наверняка карательном!) грозного представителя Конторы с быстротою молнии разнеслась по отделению.
— Садись! — указав лейтенанту на переднее сиденье, процедил я. — Поаккуратнее, блин! Не раздави…
— Открой окно, от тебя воняет, — устроившись на водительском кресле и выехав на ожившую улицу, продолжил грубо командовать я. — Отодвинься!.. Дыши в сторону, скотобаза! У тебя изо рта несет, как из помойки!..
Но не подумайте, уважаемый читатель, я отнюдь не хам! Просто, будучи уверен на девяносто девять процентов в виновности Кашина, я загодя начал подготовку к психологическому прессингу. Сперва, естественно, определив психотип «объекта». Откровенно говоря, это не составило большого труда. У него буквально на лбу было написано: «Молодец против овец, а на молодца сам овца». А также — свинья по жизни, чмо и патологический трус. Ломать таких типов не сложно, но достаточно неприятно, поскольку… Впрочем, не будем забегать вперед!
Методика сработала. Участковый стал на глазах раскисать еще по дороге: дрожал в крупном ознобе, исходил едким потом и затравленно косился на меня. Минут через двадцать я остановил машину у задних ворот старинного, хорошо известного в городе кладбища, осмотрелся по сторонам, с удовлетворением отметил отсутствие свидетелей, сам открыл дверку со стороны Кашина и мощным толчком плеча вышвырнул лейтенанта наружу.
— И-и-их! — по-бабьи взвизгнул он, шмякнувшись об асфальт.
— Встать, животное, — порычал я, выбравшись следом и наставив на него пистолет с глушителем. Поросячьи глазки выпучились в диком ужасе.
— Подъем! — я с размаху пнул его ногой в отвислое брюхо.
Кашин неуклюже торопливо вскочил.
— Теперь шагай в глубь кладбища, показывай могилы, где распинал несчастных кошек и называй точное время по каждому эпизоду, — распорядился я, дослав патрон в патронник. — Попробуешь соврать — пристрелю!
— Но откуда… Откуда вы знаете?! — потерянно пролепетал участковый.
— Не твое собачье дело! — Я наградил его смачным пинком под зад. — Вперед, скотина, и без фокусов!..