Джо пошел за своим «вольво», оставленным в нескольких кварталах отсюда, и сказал, что они встретятся в Бей-сайд. Ей не терпелось поскорее оказаться дома.

Уже на улице, когда она быстро шла к гаражу на Третьей авеню, в котором оставила машину, Лорел услышала стук каблуков за спиной.

Она повернулась и увидела бегущую за ней Энни. Она была в желто-коричневом плаще из какого-то шелкового материала, и в тусклом свете она, казалось, сияла. От ее быстрого бега плащ развевался, и она напомнила Лорел летящего вниз парашютиста. Она увидела, что Энни машет ей рукой, прося подождать, причем так энергично, что проезжающее мимо такси остановилось.

Лорел остановилась, чтобы подождать ее. При виде сестры у нее, как всегда, появились противоречивые чувства: любовь, негодование, обида. «Ну, что теперь?» – подумала она. Лорел почувствовала, что она старается скрыть свою радость, как ребенок старается понадежнее спрятать свою любимую игрушку. Почему она вдруг так забеспокоилась, как будто Энни собирается отобрать что-то у нее?

Лорел очень хотелось, чтобы то, что собиралась сказать Энни, можно было отложить на некоторое время. Если бы просто она могла сейчас уйти и убежать домой на крыльях своего счастья.

Но она не могла не подождать Энни.

– Долли мне все рассказала, – выпалила Энни, поравнявшись с ней, – о тебе и Джо. Я хотела сказать тебе, что… просто сказать тебе, что очень рада за тебя… – Лорел внимательно посмотрела ей в лицо, но увидела, что Энни говорит искренне.

– Спасибо, – сказала ей Лорел, внезапно чувствуя неловкость и не зная, что ей еще сказать. – Ты еще не уходишь?

– Нет, я просто догнала тебя, пока ты не ушла. Я пойду назад помогать подавать торт.

– Я видела его. Он великолепный. Он похож на потолок в викторианской гостиной… все эти розочки, завитушки, лебеди.

– Знаешь, где ко мне пришла идея этого торта? – засмеялась Энни. – В усадьбе в Ньюпорте. Я расскажу тебе смешную вещь. Я показала фотографию торта, который я сделала для Долли, Фельдеру… и он заказал такой торт на свадьбу своей дочери. Я собираюсь содрать с него кучу денег.

– Как идут дела с Фельдером?

– Похоже, что открытие будет только через несколько месяцев, но я уже собираюсь расширять производство.

– При той скорости, с которой идут дела, тебе скоро потребуется фабрика величиной с Бруклин. – Лорел не терпелось закончить разговор и уехать.

– Знаешь, это правда, что говорят о вторых номерах, – мы всегда больше работаем.

– Но ты никогда не будешь номером два, – заметила Лорел, засмеявшись. Она взглянула на Энни, которая, казалось, сейчас погрузилась в свои собственные мысли. – Кстати, об Эммете слышно что-нибудь?

Энни отвела взгляд но недостаточно быстро, и Лорел увидела боль в ее глазах.

– Ничего. Знаешь, есть поговорка: «С глаз долой – из сердца вон».

– Я думала, может быть, вам стоит… «Признайся себе, ты ведь надеялась, что они будут вместе и тогда Энни не будет стоять у тебя на пути и не будет мешать твоим отношениям с Джо?» – пронеслось у нее в голове.

Но дело было не только в этом. Лорел действительно нравился Эммет… и ей было грустно, что его нет рядом. Его чувство юмора, его отношение к Энни…

– Нет, мы не… – Энни сказала это, пожалуй, слишком резко. Затем, взяв себя в руки, она добавила: – Мне кажется, я просто не создана для замужества. Или, возможно, моя судьба сложится как судьба Долли, и я выйду замуж тогда, когда у всех моих друзей будут внуки.

– А дети? – спросила Лорел. – Разве тебе не хочется иметь хотя бы одного?

Энни довольно долго молчала и следила за тем, как мимо проезжал автобус.

– Я как раз вспомнила, – наконец сказала она мягко, – те первые недели в Нью-Йорке, когда ты все время плакала. Я чувствовала себя такой несчастной, и мне казалось, что я совершила что-то ужасное и ты будешь ненавидеть меня за это. Я думаю, именно это постоянно ощущают матери.

– Я не ненавидела тебя, – сказала Лорел. – Я просто чувствовала себя так… как будто меня пересадили на другую почву, как Дороти в «Волшебнике страны Оз». Как будто меня подхватило ветром и унесло в незнакомую страну, где я ничего не знаю, и поэтому я все время чего-то боялась.

– Почему ты мне не скажешь? – Энни протянула руку и кинула на нее обиженный взгляд. – Ты ведь винишь меня в том, что я тебя увезла? Ведь это моя вина, так ведь? Во всем виновата я?

Лорел вдруг ощутила спокойствие. И, может быть, впервые она почувствовала, что это ее обязанность, ее долг – защитить, приласкать свою сестру.

– Нет, Энни, я не виню тебя. Ты сделала то, что должна была сделать. И я пошла за тобой… как я всегда это делала.

– Ты могла бы остаться.

– Но разве у меня был выбор? Без тебя жизнь там была бы ужасной. Нет, если я кого-нибудь и виню, так это Мусю. Она бросила нас. Знаешь, ты любила ее больше, чем она того заслуживала.