– Какому именно? – перебил я. – Обрядов посвящения уйма, и результат у каждого свой.

Ясра улыбнулась, кивнула, разломила и намазала маслом булочку.

– Я сама провела ее по моим собственным стопам – Путем Сломанного Образа.

– Судя по названию – что-то опасное с амберской стороны Тени.

– Географически ты прав. Но опасного тут ничего нет, если понимаешь, что делаешь.

– Насколько мне известно, – упорствовал я, – Теневые миры, обладающие Тенью Образа, содержат лишь его искаженную проекцию. В этом и кроется риск.

– Риск лишь для тех, кто не умеет с ним справиться.

– И ты заставила Джулию пройти этот… Сломанный Образ?

– О прохождении Образа я знаю лишь со слов покойного мужа и Ринальдо. Если я правильно понимаю, вы идете по линиям от определенного внешнего начала до внутренней точки, где на вас и нисходит сила?

– Да, – подтвердил я.

– В Сломанном Образе, – объяснила Ясра, – ты входишь сквозь любой разрыв и добираешься до центра.

– Как следовать линиям, если они нарушены или оборваны? Истинный Образ уничтожит тебя, стоит отклониться от узора.

– Не надо следовать линиям. Только промежуткам, – отвечала она.

– А когда Образ пройден? – спросил я.

– В тебе остается отпечаток Сломанного Образа.

– И как с его помощью колдовать?

– Разрыв. Когда ты вызываешь образ, это словно темный колодец, из которого ты черпаешь силу.

– А как ты путешествуешь в Тени?

– Примерно как и вы, если я правильно понимаю. Но трещина остается в тебе.

– Трещина? Не понимаю.

– То место, где Образ сломан. Она следует за тобою и в Тени. Сопровождает тебя в твоих странствиях, порой – щелочка не шире волоса, порой – зияющая пропасть. Она перемещается: может возникнуть когда угодно, где угодно – провал в реальности. Это – опасность, подстерегающая тех, кто прошел Сломанный Образ. Упасть в трещину – смерть.

– В таком случае она должна таиться во всех твоих заклинаниях – этакая ловушка.

– Каждая профессия имеет свои опасные стороны, – заметила Ясра. – В том и мастерство, чтобы их избегать.

– И сквозь это посвящение ты провела Джулию?

– Да.

– И Виктора?

– Да.

– Понятно… Но ты должна сознавать: Сломанные Образы черпают свою силу из настоящего.

– Конечно. Что с того? Если соблюдать меры предосторожности, копия почти ничем не уступает оригиналу.

– Интереса ради. Сколько существует пригодных копий?

– Пригодных?

– Они неизбежно вырождаются от Тени к Тени. Где можно подвести черту и сказать: на этом Сломанном Образе я просто сломаю себе шею?

– Понимаю. Можно иметь дело примерно с первыми девятью. Дальше я не заходила. Первые три – самые лучшие. Следующие три – туда-сюда. Дальше идут три более опасных.

– В каждом следующем трещина все шире?

– Именно так.

– Зачем ты открываешь мне эти тайны?

– Ты – посвященный более высокого уровня, для тебя наша тайна не имеет значения. Кроме того, ты ничего не сможешь переменить в исходных условиях. И, наконец, без этого ты не поймешь остального.

– Хорошо, – сказал я.

Мандор постучал по столу; перед нами возникли хрустальные чашечки с лимонным шербетом. Мы поняли намек и освежили горло, прежде чем продолжать беседу. За окном бежали по горным склонам облачные тени. Откуда-то из коридора доносилась тихая музыка. С другой стороны что-то звенело и скрежетало, словно там работали лопатой или киркой.

– Значит, ты посвятила Джулию, – начал я.

– Да, – отвечала Ясра.

– И что дальше?

– Она научилась призывать Сломанный Образ, видеть с его помощью и творить заклинания. Научилась черпать силу из разрыва в нем. Научилась перемещаться по Теням…

– Все время помня о пропасти?

– Разумеется. У нее к этому явно талант. Вообще Джулии удается все, за что бы та ни взялась.

– Удивительно, что смертный может пройти пусть и Сломанный Образ, и остаться в живых.

– Мало кто может, – возразила Ясра. – Многие наступают на линию или гибнут в разрыве. Проходит примерно один из десяти. Не так плохо, остается ореол избранности. Из прошедших немногие способны освоить хотя бы начальные навыки ворожбы, чтоб их стоило принимать во внимание.