Шрифт:
– Тут он! Нюхом чую! – услышал Сергей голос Бакланова. – Перекрой выход, а с Кудрей я сам справлюсь.
Несмотря на свое отчаянное положение, Кудрин скептически усмехнулся. «Справишься, как же, – подумал он. – Мешок с говном! Ну, иди, иди к «папочке».
Как известно, полная безнаказанность, ощущение вседозволенности портят людей не только морально. Уверовав в свое могущество, они утрачивают осторожность, расслабляются. Самонадеянность погубила старшину Бакланова. Он слишком поздно заметил появившегося будто из-под земли Сергея, изумленно разинул рот, ощутил острую боль в сломанной шее и отправился в ад.
Кудрин подобрал выпавший пистолет, тщательно прицелился и загнал пулю в затылок стоявшему к нему спиной беспечному сержанту. Затем уселся в осиротевший «воронок», без приключений доехал куда хотел, заглушил мотор, зажмурил глаза и прыгнул в люк...
Очутившись в параллельном мире, Сергей даже не успел опомнитъся, как угодил в «теплые» объятия наряда милиции. Ему молниеносно завернули руки за спину, защелкнули наручники, излупцевали дубинками и затолкали в машину.
– Надо же... Ну везение!.. Через четыре часа после побега взяли!.. И как он ухитрился за это время проделать такое расстояние?.. Неважно! Главное поймали! – словно сквозь вату доносились до оглушенного Кудрина их возбужденные голоса.
«Е-мое, – вяло думал Сергей. – Здесь я, похоже, беглый зек! Дела-а!..»
Дальнейшие события он запомнил плохо. Уяснил только, что получил пять лет из-за Крысина, с которого якобы вымогал деньги. За побег суд добавил еще три года. Потом Сергея отправили в зону.
– Не повезло тебе, Кудря, – полулежа на койке, философски рассуждал крепкого сложения зек по кличке Терминатор, двойник бородатого бомжа из прошлого мира. – Так удачно смылся и так по-дурацки попался! На хрена ты потащился в Москву? Там мусор на мусоре сидит и мусором погоняет! И-эх! Ну да ладно, братан, ничего страшного. Рано или поздно выйдем на свободу и замочим козла Крысина. Ведь я знаю, как он тебя подставил... – Тут Терминатор, которого после чифиря потянуло на беседу, начал разглагольствовать по поводу беспредельных ментов и всяких козлов, прячущихся за их спинами. По ходу разговора Сергей узнал историю подставки своего двойника. Она как две капли воды походила на «блестящую» операцию по задержанию «рэкетира», проведенную Кудриным в бытность капитаном милиции. «Так вот на что я обрек бедолагу Лесина, – едва не плача от стыда, думал Сергей. – Господи, прости меня, скота мерзопакостного, сволочь паршивую!»
Кудрин прибыл в лагерь, откуда сбежал его двойник три дня назад. Начальник по причине распития на халяву значительного количества спиртных напитков пребывал в благодушном настроении. Поэтому Сергей отделался лишь несколькими зуботычинами и недолго просидел в штрафном изоляторе. Сейчас он старался меньше говорить и больше слушать, чтобы быстрее вникнуть в порядки и обычаи «зазаборной жизни»... Выйти отсюда раньше чем через восемь лет Кудрин не надеялся...
– Пока ты бегал, произошли некоторые изменения, не в лучшую сторону, – продолжал между тем Терминатор. – Теперь...
Договорить он не успел. В барак ворвался запыхавшийся возбужденный зек.
– Братва, к нам пидора из третьего отряда перевели! – сияя металлозубой улыбкой, выпалил он. – Машкой кличут! Жопа – класс!
Заключенные оживились, загалдели. Многие расплылись в масленых, плотоядных улыбках.
– В натуре клевая девочка? – спросил кто-то.
– Скоро узнаем, но по слухам – высший пилотаж! Особенно по части сосания! Да вот она, явилась, голубушка!
Обернувшись к дверям, Сергей невольно вздрогнул. В барак, трусливо озираясь, на цыпочках проскользнул Бакланов!
– Машка, ко мне! – повелительно рявкнул пожилой уголовник с жестоким властным лицом, очевидно, здешний авторитет. – Зад помыла?!
– Д-д-а-а-а! – проблеял Бакланов, подбегая к урке.
– Хорошо, но это потом! Сперва в рот!
Кудрин злорадно рассмеялся. «Не всегда вам быть начальником, товарищ Бакланов, – мысленно веселился он. – Побудьте теперь пидором!» Обслужив пахана, Машка-Бакланов пошел по рукам...
В середине ночи Сергея разбудил болезненный удар в бок.
– Вставай, падаль! – рявкнул в ухо грубый голос. – Вещи для проверки!
Ничего не соображая со сна, Кудрин соскочил на пол. В бараке горел яркий свет. Лагерные менты вместе с солдатами конвойного полка скидывали зеков с кроватей, переворачивали матрасы, вытряхивали содержимое тумбочек. Заключенных, не проявивших должную расторопность, безжалостно избивали. В воздухе висел густой мат вперемежку с воплями мордуемых жертв.
– Чего, бля, зенки вылупил? – зарычал один из надзирателей, замахиваясь на Сергея. Рефлексы каратиста сыграли с Кудриным злую шутку. Вместо того чтобы покорно, как подобает примерному заключенному, снести оплеуху, он автоматически заблокировал удар и от души врезал надзирателю в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам. В этот момент подкравшийся сзади конвойник с размаху треснул Кудрина прикладом по затылку. Сергей надолго погрузился в темноту...
Сегодня начальник колонии, полковник Козлов, был не в духе. Лахудра жена обнаружила его нычку, на халяву выпить не поднесли, а голова раскалывалась с похмелья. Поэтому полковник, и раньше, мягко говоря, не отличавшийся гуманизмом, был сейчас зол как цепная собака. Услышав же об оборзевшем зеке, осмелившемся ударить надзирателя, он пришел в ярость.
– Доставить гада ко мне! – прошипел он. – Т-э-э-э-к, – протянул Козлов, разглядывая бесчувственного Кудрина. – Опух, ублюдок, заблатнел! Ну ничего, я тебе покажу небо в алмазах!..