— На самом деле все наоборот, — ухмыльнулся Джером, — Будет лучше, если об этом ты узнаешь лично от Мойса, но, говорят, мы хотим подписать с тобой контракт.

От удивления Гриффен едва не онемел.

— Как, опять?! Джером рассмеялся.

— Вспомни мои слова о тех, кого устраивает статус-кво. О зажиревших самодовольных хозяевах наверху, которым любые перемены как нож по сердцу. Так вот, моя команда это давние обитатели дна, и для нас перемены — во благо. Особенно если как можно раньше встать на сторону творца перемен.

— Но я ведь ничего не знаю, — запротестовал Гриффен. — И где гарантия, что так называемые способности вообще будут развиваться?

— Мойс — вот кто знает, — сказал Джером. — Мы это обсуждали и готовы рискнуть. Послушай, тебе много чего нужно и к тому же срочно. Место, где укрыться. Время, чтобы решить, что делать дальше. Информация для принятия решений. Со временем финансовая поддержка и людские ресурсы, чтобы обеспечить твой выбор. Все эти возможности у нас есть. Мы просим только об одном: когда все будет сказано и сделано, не забудь, кто первым протянул тебе руку помощи.

— Да, но что, если я — пустышка? — спросил Гриффен. — Ведь тогда вы останетесь один на один с большими драконами и проиграете.

— Мы в иерархии и так почти никто, — пожал плечами Джером. — Все равно, что футбольная команда-аутсайдер, проигравшая все встречи и меняющая тренера по ходу сезона. Дорога теперь — только наверх. Что скажешь, Тренер? Стоит это хотя бы того, чтобы выслушать?

Гриффен засомневался. Пусть и не обязательство, но все равно — шаг серьезный. К тому же он чувствовал себя уязвленным тем, что Джером завязал с ним дружбу с корыстной целью. Этот обман только бередил рану, нанесенную ему Май. Рану совсем свежую и болезненную.

С другой стороны, какой у него выбор? Готов ли он к встрече с куда более мрачными силуэтами — на темных парковках, в одиночку? Приходилось учитывать и то, что у него с Валери пока нет никакого плана. И податься-то особо некуда. По крайней мере Джером предлагал базу и даже деньги. Пожалуй, лучший из вариантов… особенно когда нет никаких.

— Допустим, я соглашусь… — осторожно начал Гриффен. — Каким будет наш первый шаг?

— Во-первых, отвезу тебя домой на встречу с Мойсом… на моей машине. Нет, о «Гоблине» можешь не переживать, — сказал друг, предвидя возражения. — Кто-нибудь поставит его в надежное место. Даже подлатает корпус, чтобы скрыть следы той маленькой стычки. Когда востребуешь тачку, будет как новенькая.

— На самом деле, — признался Гриффен, — я хотел сказать, что по пути из города нам надо заехать к Валери и взять ее с собой. Сестра тоже в деле. Даже не обсуждается!

— Ты сказал ей, что она — дракон? — Джером поморщился, затем покачал головой. — Что сделано, то сделано… Хотя впоследствии можешь об этом пожалеть.

— Это почему?

— Постоянно забываю, что ты новичок, — посетовал Джером. — Ты ей не говори, но всегда негласно считалось, что женщин нужно держать в неведении относительно драконов — и чем дольше, тем лучше.

— Почему?

— Потому что у женщин-драконов скверная репутация. По-настоящему. Не возьмусь говорить, что все женщины, не важно, люди или драконы, неуправляемы, но драконихи — просто туши свет. Способности драконов и вспыльчивость — это гремучая смесь. Помнишь, я говорил, что на высоком уровне драконы предпочитают избегать прямой конфронтации? А все потому, что, если они встают в боевую стойку, люди это начинают замечать… вспомни Великий чикагский пожар и землетрясение в Сан-Франциско. Две малюсенькие новости, а причина одна — женщины-драконы.

Гриффен попытался представить задиристую сестру, еще девчонку, с полным арсеналом драконьих способностей и, содрогнувшись, отбросил видение.

— Может, и так. Зато и причин доверять ей больше, чем тебе, старина, у меня теперь с избытком.

— Шулер, я задет за живое, — насупился Джером и подмигнул. — Ты себя спрашиваешь, можно ли мне доверять? В покер со мной играл, все подсказки знаешь. Выкладывай, что на уме.

— Многое ли в нашей дружбе было по-настоящему?

— Почему «было»? Гриффен, дружище, ты не хочешь видеть, что для меня важней всего — забота о тебе. Ты мне понравился после первой же нашей вылазки в бар.

Гриффен не знал, что и сказать, но ту ночь он помнил. Им тогда изрядно повезло, что они не очутились за решеткой. Сущий ад был, а не ночка!

— И еще кое-что, чтобы попудрить тебе мозги, — продолжил Джером, — Зная, как все устроено, могу спросить: ты мне действительно нравился, или я был под влиянием другого, куда более могущественного дракона?