— Мне это напоминает произвольные мышцы тела, — ответил Мойс. — То есть кожа дракона, если она есть, остается с вами навсегда. А вот прочие способности — те, что обнаружите в себе, — нужно тренировать и уметь ими управлять.

— Как же вы это делаете? — спросил Гриффен.

— Повторюсь, это похоже на мышцу, о наличии которой вы только что узнали. Представим себе, что вы учитесь владеть рукой. Немного практики, и вот вы уже способны ее вытянуть, не думая, как именно это происходит. Изучаете, далеко ли можно вытянуть, как быстро и насколько рука сильна.

— И тренируясь, — подхватил Гриффен, — можно сделать ее сильнее.

— Отчасти — да, — сказал Мойс — Однако дело обстоит сложнее. Возвращаюсь к примеру с рукой. От внезапного удара ты ее инстинктивно отдернешь. Поэтому боксеры и каратисты учатся этим рефлексом управлять. Развивая вторичные способности, надо также уметь их сдерживать. Иначе этот безотчетный «рывок» мало того что заметят люди вокруг, так еще и мгновенные последствия могут обернуться катастрофой.

— Понятно, откуда ждать беды, — хмыкнул Гриффен, подмигнув сестре.

Мойс откинулся в кресле и посмотрел на обоих.

— Не вижу ничего смешного, — строго заметил он, — Итак. Хочу, чтобы вы, юные драконы, слушали меня предельно внимательно. Я в меру сил стараюсь отвечать на ваши вопросы о первичных и вторичных способностях, потому что вы спросили. И не думайте — все без утайки. Смысл в том, что в основном различные способности ничего не значат. Важно то, как вы ими владеете. Люди должны вам подчиняться, потому что видят вашу правоту, а не от страха, что несогласных накажут. Конечно, у драконов в той или иной мере есть способности, но они, скорее, отражают состояние духа.

Гриффен нахмурился.

— Извините меня, пожалуйста, сэр. Я вовсе не хотел показаться легкомысленным. Для меня все так ново, что машинально прибегаю к старой защитной реакции… это как смех, чтобы не выдавать смущение. Из того, что вы сказали, не все понятно.

— Например?

— Например, последняя фраза. Выходит, без особых причин никто способности использовать не будет, а если и будет, то крайне осторожно. Только… ну, все твердят… что столь щедрое предложение делается в расчете на мои будущие возможности. Если способности — это вовсе не способности, а состояние духа, тогда зачем я вам? Чего именно вы от меня ждете? Какова работа?

Мойс тяжело вздохнул и провел ладонью по волосам.

— Законный вопрос. Только вот ответить не так легко. Попробую разложить по полочкам. Во-первых, ты говоришь, что здесь новичок, и это правда. Отчасти я хотел научить тебя тому, что знаю сам. — Он поднял руку, сдерживая Гриффена. — Дай договорить. Знаю, о чем ты думаешь. Да, сильно отличается от того, что предлагал тебе дядя. Учись на здоровье, я не ставлю никаких условий. Это будет полностью самостоятельная работа: мы присоединяемся к тебе, а не наоборот. Так что разница большая.

Насчет того, что будешь делать. Сначала мы должны тебя научить. Из слов Джерома я понял, что ты представляешь, чем занимается букмекер, и не понаслышке знаешь о ставках. Однако вряд ли тебе известны тонкости профессии. Пройдет время, прежде чем намотаешь все на ус и познакомишься с людьми, занятыми повседневной рутиной. Как только схватишь суть, освободим от черновой работы. Станешь менеджером и в основном будешь определять стратегию развития и принимать решения.

— Простите, одну минуту, — перебил Гриффен. — Нельзя ли чуть подробнее о том, что именно мне придется решать?

— Например, — сказал Мойс, — я должен разрулить такую ситуацию. В городе есть несколько разновидностей покерных игр. Они в нашу группу не входят, но за возможность работы отчисляют процент. Теперь. Одну из групп возглавляет некто Грис-Грис, [12] парень молодой, амбициозный. Он решил, что платить нам больше не будет. Что делать? Слово за мной. Вот если бы ты сидел сейчас в моем кресле, Юный Дракон, что бы предпринял?

— Я? — Гриффен моргнул, захваченный врасплох. — Ну… не знаю. Видимо, как-то наказал бы, чтоб другим было неповадно.

Мойс запрокинул голову и рассмеялся.

— Теперь ясно, почему Джером то и дело повторяет: «Гриффен без ума от кинофильмов». Скажем, кое в чем ты прав. Однако если думаешь, что парня надо бы избить или расстроить его бизнес, знай: мы так не поступаем. Грис-Гриса накажем иначе — перекроем ему доступ к Сети.

— К сети? — недоуменно переспросил Гриффен.

— Именно, — кивнул Мойс. — Понимаешь, у нас в городе целая сеть людей: извозчики, таксисты, персонал отелей. Когда турист или участник конвента ищет, где бы поиграть, эти ребята проверяют его на вшивость. Убедившись, что не из полиции, указывают место игры и снабжают персональной визиткой — мол, все чисто. Вот на чем основан наш бизнес. Отсюда и приток новых постоянных клиентов. Если Грис-Грис хочет работать независимо, его игру вычеркнут из списка для наводчиков, и тогда ему придется обходиться только местными игроками. Обычно речь идет именно о таком наказании.